Новосибирск
Общество

«В конце дня нет сил стоять на ногах, своих родных не видел два месяца»: новосибирский врач-инфекционист о борьбе с коронавирусом

Каждый день он проводит по 5 часов с больными COVID-19, ему грустно, что пациенты бывают агрессивны, а молодежь устраивает вечеринки во время самоизоляции
Дмитрий Капустин говорит, что привыкал к новому обмундированию несколько дней. Фото: личный архив/Алена МАРТЫНОВА.

Дмитрий Капустин говорит, что привыкал к новому обмундированию несколько дней. Фото: личный архив/Алена МАРТЫНОВА.

Врач-инфекционист и руководитель структурного подразделения Новосибирской городской инфекционной клинической больницы №1 Дмитрий Капустин согласился пообщаться с корреспондентом КП-Новосибирск. Он был в числе первых врачей, столкнувшихся с новой пандемией в нашем городе, и сегодня рассказывает о том, что его расстраивает в больнице, а что, наоборот, радует. Мы попросили также Дмитрия ответить на вопросы: действительно ли один из симптомов новой болезни – депрессия и не переболели ли сибиряки коронавирусом в январе…

- Дмитрий Вячеславович, расскажите сразу, как распланирован ваш рабочий день?

- Приходим на работу в 7 утра. Первый делом изучаем сводку: сколько в отделении человек, какое у кого состояние, температура, сколько новых пациентов поступило, сколько выписали. После этого планерка, даются новые приказы от Минздрава, от Роспотребнадзора, в 8 часов поднимаемся в грязную зону, где лежат люди с подтвержденным коронавирусом. Естественно, перед этим надеваем средства индивидуальной защиты. В грязной зоне находимся от четырех до пяти часов. Всем пациентам утром измеряют напряжение кислорода в крови, это в первую очередь важно при заболевании легких и дыхательных путей, также измеряется температура. Когда врачи приходят в отделение, медсестра сразу говорит, каких пациентов необходимо посмотреть в первую очередь.

Работа очень интенсивная. Пациенты поступают непрерывно. Выписываем тоже много. Ты постоянно находишься с людьми. В костюме, да, тяжело работать, особенно когда жара на улице. Первые три-четыре дня идет адаптация к этим условиям. Потом постепенно привыкаешь, как человек, который постоянно в гору идет, находишь какой-то ритм. Далее выходим из грязной зоны, в буферной зоне раздеваешься, моешься, одеваешься в другую одежду и выходишь, как новенький. Во второй половине дня больше работы с документацией, смотришь КТ, рентген, если есть у тебя тяжелый пациент, иногда в тот же день возвращаешься в грязную зону, но уже на час-два. Сейчас каждый врач ведет по 15-25 человек, в обычное время 10-15.

Рабочий день у нас регламентирован, но в любое время, пандемия – не пандемия, врач очень часто задерживается. Если есть тяжелый пациент, ты дождешься анализов, сделаешь назначения.

Защитный костюм положен только в грязной зоне. Во второй половине дня – работа с документацией. Фото: личный архив.

Защитный костюм положен только в грязной зоне. Во второй половине дня – работа с документацией. Фото: личный архив.

- Как часто вас тестируют, был страх заразиться?

- Тестируют раз в неделю. На первой волне страх заразиться был. Но я же инфекционист, это мой профиль. Менингококковая вспышка у нас была, эпидемия гриппа 2016 года. В любом случае риск определенный есть. Это наша работа, наш долг. Мы знали куда шли. Такого, чтобы я паниковал, чтобы уснуть не мог, такого не было. Все мы телевизор смотрели, предполагали, какое может быть развитие событий, но я лично очень надеялся, что все ограничится Китаем…

- Сейчас уже и в Новосибирске много людей болеет. Многие потом рассказывают, как их лечили, кто-то, конечно, считает, что его не так, как надо, лечили. Расскажите, как лечат тех, у кого COVID-19?

- У всех по-разному проходит лечение, сроки тоже разные. Существуют протоколы лечения, в зависимости от тяжести состояния даются разные препараты. Почему кому-то кажется, что его недолечивают? Представьте, лежат два человека в палате, одному дают одни таблетки, а у второго аллергия, мы их ему просто не можем давать. К тому же препараты даются с учетом заболеваний, у кого-то с почками проблемы, у кого-то с сердечно-сосудистой системой. Везде схемы применяются разные. Кому-то вообще таблетки не дали, только уколы и капельницы. Если легкая степень тяжести нужны одни препараты, тяжелая – другие. Вообще, никогда такого не было, чтобы всем от одной болезни давали точь-в-точь одни и те же лекарства.

- Есть мнение среди ученых, что больные коронавирусом погружаются в депрессивное состояние. Как полагаете, есть такой признак или это выдумка?

- У любого человека, кто болеет, настроение не самое хорошее. А в этом случае надо учитывать еще и влияние средств массовой информации, сегодня же только ленивый не пишет о коронавирусе, причем рассказывают все детально. Мы все видели, помним, что происходило в Италии. Многие напуганы, причем бояться люди начинают еще до того, как заболеют. У некоторых развиваются тревожные расстройства, неврозы и так далее. Когда заболевает человек, у него происходит всплеск этих эмоций. Он боится заразить близких, боится за свою жизнь, здоровье. Поэтому, да, разница с теми состояниями пациентов, до пандемии, видна. Но это вряд ли симптом заболевания.

- Что происходит, когда вы возвращаетесь домой?

- Я живу с женой, она тоже медик, поэтому вопрос о дистанцировании не стоит. С мамой, другими близкими родственниками мы ограничили общение, только по телефону общаемся. Не виделся с ними два месяца.

Когда прихожу домой, усталость, конечно, чувствуется. Если раньше еще оставалось время и силы на хобби, я пишу книгу, мог поизучать иностранные языки. Сейчас нет. Порой на ногах тяжело стоять. Ответственность выше, пациенты более тяжелые, много пожилых – все это дает о себе знать.

В таких капсулах доставляют больных коронавирусом.

В таких капсулах доставляют больных коронавирусом.

Фото: Алена МАРТЫНОВА

- В сети есть ролики, из Европы, Америки. Там врачей сейчас возносят до небес, им аплодируют на улицах. Вы чувствуете подобное внимание, уважение сегодня?

- У нас такого нет. Есть благодарные пациенты, но в тоже время много негатива. Явного улучшения отношения к врачам не вижу. У нас всегда было так: врач - неблагодарная профессия. Сейчас больше видим поддержку от некоторых организаций, вы сами знаете, как рестораны, например, еду привозят. Это приятно. А со стороны пациентов порой оскорбления присутствуют, больше к медсестрам такое отношение. До драк не находит, но по адекватности люди разные попадаются. Возможно, многие сегодня поменяли свое отношение к врачам, но боюсь это временно.

- Вспомните хоть какой-нибудь положительный пример.

- Они есть, безусловно (смеется). Вот у нас был тяжелый пациент, в реанимации лежал. В результате усилий нескольких специалистов удалось его на ноги поставить. И потом, когда выписался и уже был неопасен для окружающих, пришел с семьей (все были в масках), они всех благодарили, цветы подарили заведующей.

Радостно вообще видеть контраст: когда человек поступает к нам и думает, что все окончится обязательно плохо, а потом поправляется и радостный уходит домой. Это счастье для врача, видеть радость такого пациента.

- Что скажете тем, кто сейчас не болеет и не верит в коронавирус, думает, что это заговор.

- Сейчас многие люди, которые не имеют отношения к медицине, выходят на улицу, там тепло, люди ходят, птички поют. Кажется, что ничего плохого в мире не происходит, что все хорошо, все обычно, все выдумка. Да что там, даже у меня порой на улице весной такое ощущение возникает. Но стоит переступить порог больницы, увидеть утром первого пациента, сразу это ощущение испаряется.

К счастью, многие молодые люди либо бессимптомно больны, любо переносят болезнь в легкой форме. Но, к несчастью, они думают, что все это чьи-то происки или заговор. Именно эти люди представляют огромную опасность для своих родственников, для своих родителей, у которых уже, возможно, есть какие-то хронические заболевания. Более всего они опасны для своих пожилых бабушек и дедушек. Для которых это все печально может окончиться. Недавно в центре города вечерника была, весело, хорошо. Может, никто из ее участников не заболеет, но стоит одному из них быть вирусоносителем, он придет домой, где у него бабушка живет… Бабушка заболеет, поступит к нам в тяжелом состоянии. Нужно адекватно относиться к ситуации и, главное, чувствовать ответственность за своих близких.

- В сети еще много пишут, даже ученые на эту тему размышляют, что мы, россияне, сибиряки, переболели этим коронавирусом еще в январе, или даже раньше. Были же в разных городах вспышки пневмоний. Вы работаете в инфекционной больнице, скажите, у вас были какие-то непонятные вспышки? Могли мы уже переболеть?

- В январе был грипп. Я не исключаю, что может и были единичные случаи, пока вирус был еще не определен. Но вспышек не было.

Тут надо понимать, что коронавирус – он же не один, их существует много. Возможно, был другой штамм, не такой опасный, которым люди переболели, легко переболели. Возник перекрестный иммунитет, который сейчас позволяет не заболеть. Тест на антитела этого не покажет, нынешние тесты показывают антитела именно на новый штамм вируса.

Если бы именно COVID-19 появился у нас раньше, мы бы в любом случае это заметили и начали проводить расследование. Ведь когда к нам зимой поступали тяжелые больные, мы обязательно тестировали на грипп. Если грипп отрицательный был, мы направляли анализ на расшифровку, чтобы посмотреть какие вирусы еще есть. Во время расшифровки мы бы обнаружили что-то. Пневмонии были, но они были бактериальные, они так легко не передаются, как вирусные. К тому же антибиотики, нами применяемые, не сработали бы, мы бы тоже заподозрили что-то не то. Начали бы искать причину.

- Спасибо за ответы. Скажите, есть что-то, чего вам психологически не хватает, чтобы хотелось изменить?

- Не хватает хорошего отношения к врачам, уважительного. Как в Европе. Сейчас, бывает, заходишь в палату, пациент тебя еще не знает, а уже негативно настроен. Не все люди, но многие так относятся. Когда врачу приятно в палату заходить, то и работать легче, с пациентами общаться. Настроение было бы лучше. Потому что эмоциональный фон он и на выздоровление пациента влияет, и сил врачу прибавляет.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

«Здесь сибирская язва, Эбола и черная оспа!»: журналистам «КП» удалось попасть в секретный центр, где наши ученые изобретают вакцину от коронавируса

Наши корреспонденты впервые побывали на территории закрытого вирусологического центра «Вектор» в Новосибирске (подробнее).

Коронавирус, хантавирус, грипп: вирусолог объяснил, чем различаются болезни-убийцы

Верно ли, что еще в прошлом году россияне массово болели уханьской заразой? Чем COVID-19 отличается от гриппа? И правда ли, что Китай ждет новая напасть — хантавирус? (подробнее).

«Не такой уж он летучий и боится водки»: вирусолог объяснил, почему отступает коронавирус

Почему новый вирус не любит европейцев? Помогают ли маски? Можно ли бороться против заразы отбеливателем? Объясняет вирусолог Александр Чепурнов (подробнее).

Сотрудники омского ресторана сфотографировались ню, чтобы им разрешили работать

Они присоединились к всероссийскому флешмобу «Голый голод» (подробнее).

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ

К ЧИТАТЕЛЯМ

Если вы стали очевидцем ЧП или чего-то необычного, сообщите об этом в редакцию:

Редакция: (383) 289-91-00

Viber/WhatsApp: 8-923-145-11-03

Почта: kp.nsk@phkp.ru