2018-04-02T13:18:04+03:00

Последний полет «Пахтакора»

11 августа исполнилось 30 лет со дня гибели футбольной команды «Пхатакор». [видео]
Поделиться:
Комментарии: comments5
Изменить размер текста:

Официального сообщения в прессе не было, поэтому в те годы ходили разные слухи. Мы расскажем об игроках «Пахтакора» и их гибели. Автор материала, сибиряк Геннадий Зырянов, в то время работал в Ташкенте тренером хоккейной команды «Бенакор». Можно сказать, что трагедия разыгралась у него на глазах…

Гордость республики

Когда в конце 1950-х годов был расширен состав коллективов в Высшей лиге, ташкентскому «Пахтакору» вместе с другими столичными командами союзных республик («Кайратом» (Алма-Ата), «Нефтчи» (Баку), «Араратом» (Ереван), «Молдовой» (Кишенев), «Даугавой» (Рига) и «Жальгирисом» (Вильнюс)) было предоставлено в ней место. За 20 лет своих выступлений в футбольной элите «Пахтакор» успел занять 6-е место в Высшей лиге (лучшее достижение команды), покинуть ее и снова вернуться.

Это была интересная, самобытная команда, на протяжении многих лет состоящая в основном из воспитанников местных футбольных школ. В разные годы за узбекскую дружину выступали такие яркие личности, как Владимир Стадник, Геннадий Красницкий, Юрий Пшеничников, Михаил Ан, Владимир Федоров, Берадор Абдураимов, Карно Хапсалис.

Московские клубы хотели в свое время заполучить грозный тандем: Стадник - Красницкий, которые были кумирами узбекских болельщиков, да и не только их. Результативность этой игровой связки оставила заметный след в советском футболе. Кстати, Стадник в итоге оказался в столичном «Динамо».

Из второго поколения ташкентских игроков особенно выделялись вратарь Юрий Пшеничников и нападающий Берадор Абдураимов. Первый надежно защищал ворота «Пахтакора», а второй прославился на всю страну своими бомбардирскими подвигами. Недаром ведомый этими мастерами республиканский коллектив достиг под руководством наставника Александра Келлера своего самого высокого результата в союзных чемпионатах - 6-го места.

А на подходе были уже новые таланты: Михаил Ан, Владимир Федоров, Карно Хапсалис - именно они стали олицетворением «Пахтакора» второй половины 1970-х. Кроме того, эти футболисты были востребованы в союзных сборных, вплоть до национальной.

В роковом 1979-м «Пахтакор» возглавил Олег Базилевич, которому помогал Идигар Тазетдинов. С момента старта первенства ташкентцы уверенно шли по турнирной дистанции и к 7 августа находились на 8-й позиции в турнирной таблице, что было неплохим достижением, учитывая высокий уровень союзного чемпионата. Тягаться с лучшими столичными клубами и динамовцами Киева и Тбилиси в борьбе за медали скромному «Пахтакору» было тогда практически нереально. Однако ташкентские игроки часто радовали своих поклонников содержательным, зрелищным футболом, одерживая яркие победы.

Прощание

Всего за каких-то три дня до трагедии всеобщие любимцы публики предстали перед ней в последний раз. 8 августа тот состав «Пахтакора» простился со своими болельщиками навсегда, простился уверенной победой над луганской «Зарей» - 3:1. В памяти собравшихся в тот жаркий день на стадионе людей, в памяти всего населения Узбекистана их команда останется навсегда триумфатором. Последние голы на свой счет записали Чуркин, Федоров и Корченов.

13 августа «Пахтакор» ждал следующий соперник - минское «Динамо». Игроки основного состава получили после победы над «Зарей» день отдыха, а уже 10-го числа провели вечернюю тренировку на своей старой базе «Чиготай», расположенной в черте города. Дублеры в тот же день отправились в Минск. В общем, все было как обычно.

Разве что главный тренер Базилевич не составил компанию молодежному составу, но у него были веские причины - по семейным обстоятельствам ему надо было еще заехать в Киев и Сочи: по слухам, речь тогда шла чуть ли не о супружеской измене. Так или иначе, но этот отъезд в итоге сохранил жизнь наставнику. Вместо себя Базилевич оставил Тазетдинова, которому повезло меньше… Судьба иногда удивительным образом манипулирует людьми, сохраняя жизнь одним и отнимая ее у других. И в этой истории подобных манипуляций случилось немало.

Вернувшись с тренировки, футболисты провели свой последний вечер дома в кругу семьи. В Ташкенте еще стояла жара, но с заходом солнца она спадала, и люди наслаждались прохладой. Пили зеленый чай, угощали гостей виноградом, медовыми дынями и огромными спелыми арбузами.

К Володе Федорову в тот вечер пришли близкие друзья - на просторной лоджии, откуда открывался отличный вид на центральную часть города, гости охотно отдавали предпочтение чаю и фруктам, эмоционально обсуждая подробности недавней победы над «Зарей». Малолетняя дочь Федорова, словно предчувствуя неладное, весь вечер не отходила от отца.

Михаил Ан уехал в родной колхоз «Политотдел», расположенный в 18 километрах от узбекской столицы. В этом корейском селении он родился и вырос, здесь же начинал постигать азбуку футбола. Его приезд всегда был событием для всего поселка. В семейном кругу Миша чувствовал себя особенно хорошо. С детства он был окружен заботой и любовью родных. Отведав корейской кухни, пообщавшись с близкими, Ан уехал в Ташкент. Тогда никто не мог предположить, что это была их последняя встреча.

А ведь Михаил мог и не оказаться тогда на борту обреченного Ту-134: из-за полученной в предыдущей игре травмы он мог остаться дома. Но капитан решил поддержать свою команду и, несмотря на уговоры руководства и товарищей по команде, настоял на своем участии в поездке. К тому же ему еще предстояло заехать в Москву, чтобы обсудить в Госкомспорте перспективы выступления в сборной СССР. Недаром всегда предпочитавший свободный стиль одежды лидер «Пахтакора» на этот раз облачился в строгий костюм.

Утром 11 августа футболисты собрались на центральном стадионе. Выслушав теплые напутствия и пожелания успеха в предстоящей игре, они погрузились в уютный клубный «Икарус», заняв там свои постоянные места, и отправились в аэропорт. За окнами автобуса просыпался красивый, чистый двухмиллионный Ташкент, утопающий в летней зелени. В голубом небе не было ни облачка. В арыках журчала прохладная вода.

Через четверть часа спортсмены были уже в аэропорту. Пройдя регистрацию у стойки, пошли на посадку. В накопителе собрались все, кроме постоянного комментатора ташкентского радио и телевидения Романа Турпищева, который всегда вел радиорепортажи с выездных матчей. Это был первый и единственный случай, когда он не полетел вместе с командой. Позже он рассказал о причине своего отсутствия. Накануне вылета, вечером 10 августа, главному редактору телевидения позвонили из ЦК КП Узбекистана и сообщили, что на генеральной репетиции будет присутствовать сам Шариф Рашидович Рашидов. А коли так, то вся репетиция должна обслуживаться главными действующими лицами, а не дублерами, как ранее планировалось. Так буквально в последний момент пришлось отказаться от полета, имея билет в кармане. Опять судьба! Звонок из ЦК невольно спас человеку жизнь.

Роковой рейс 7880

Посадка на рейс 7880 проходила в обычном режиме, и скоро авиалайнер Ту-134 с полной загрузкой вырулил на взлетную полосу. Далее последовал разбег, самолет оторвался от полосы и стал набирать высоту. Взлет проходил в сторону гор Тянь-Шань. Вскоре исчез из поля зрения ослепительный в сиянии летнего солнца Ташкент, а футболисты вместе с другими пассажирами, скорее всего, начали коротать время в нехитрых развлечениях, доступных в замкнутом пространстве салона самолета: кто-то читал, кто-то играл в нарды (среди игроков «Пахтакора» эта игра в те времена была в почете. - Прим. авт.), кто-то просто смотрел в иллюминатор или пытался заснуть. После двух часов полета лайнер совершил промежуточную посадку в Донецке, после чего продолжил полет в направлении Минска.

А примерно в то же самое время другой Ту-134 шел из Челябинска на Кишинев с 82 пассажирами на борту. Он тоже совершил посадку по пути в Воронеже, и здесь также были свои счастливчики и те, кому не повезло. Например, один из пассажиров решил начать «активно отдыхать» еще до прибытия к месту отпуска, в результате чего в Воронеже его на борт не пустили, а место отдали другому человеку с двумя маленькими детьми...

Разогнавшись по полосе, челябинский лайнер оторвался от нее и вскоре покинул воздушное пространство Черноземья. Набрав заданную высоту, «тушка» заняла свой маршрутный эшелон, указанный диспетчерской службой, и взяла курс на Кишинев.

С этого момента оба борта начали приближение к своей неминуемой гибели.

Катастрофа

В тот день на участке встречи и расхождения ташкентского и уральского рейсов пространство контролировалось диспетчерами Харьковского районного центра единой системы управления воздушным движением. Руководство осуществлял Сергеев, в подчинении которого находились 28-летний, достаточно опытный диспетчер Сумский и его совсем уж зеленый коллега - 21-летний Жуковский. Сложные метеоусловия (высокая облачность) наряду с летней загруженностью трасс и регулярным прохождением в секторе спецрейсов правительственного назначения)до предела осложняли работу центра. И это не замедлило сказаться на психологическом состоянии молодого диспетчера: опыта у Жуковского практически не было, какие-то два месяца с небольшим не в счет. Поэтому его работу предстояло контролировать Сумскому. Руководителю полетов было доложено, что один молодой специалист заметно нервничает, но Сергеев это проигнорировал. А дальше произошло непоправимое.

Ташентский авиалайнер с бортовым номером 65735 уже час был в полете. На участке Жуковского появился еще и другой самолет - тот самый «челябинец» под номером 65816. Он летел на высоте 8400 метров пересекающимся курсом. Пересекающимся теоретически, потому как самолеты разделяло большое расстояние, и диспетчер мог не дергаться. Точка пересечения курсов находилась в районе Днепродзержинска, Жуковский ее без труда вычислил, провел необходимые расчеты и выяснил, что самолеты пройдут место встречи со значительным временным интервалом, что позволяет им занимать одну высоту. В 13.30 Жуковский отдает роковую команду ташкентскому рейсу - занять эшелон на высоте 8400 метров. Это была трагическая ошибка, потому что расчеты оказались неверны. Сумский, который должен был контролировать работу молодого коллеги, их не проверил.

Через три минуты экипаж ташкентского самолета доложил о прохождении Днепропетровска. Это был последний контрольный пункт перед точкой пересечения трасс. Пилоты также сообщили, что команда диспетчера принята, и они заняли эшелон на высоте 8400 метров. Но все равно трагедию еще можно было предотвратить. И требовалось для этого не так уж много - еще раз просчитать маршруты сближающихся авиалайнеров. Только Жуковскому это и в голову не пришло, Сумский тоже был спокоен, хотя мог бы и усомниться: с чего это вдруг Жуковский пустил самолеты в один коридор? Руководитель же полетов и вовсе был в стороне, занимаясь решением своих вопросов.

Тем временем самолеты сошлись на дистанции опасного сближения 30 километров. Дальше - больше. Приняв доклады экипажей, Жуковский даже не уточнил их положение на экране локатора, не определил их время выхода к точке пересечения трасс и необоснованно подтвердил команду борту № 65735 сохранять высоту 8400 метров. Самолеты были направлены на верную гибель. До катастрофы оставалось всего пять минут.

И тут Сумского словно осенило. Еще не до конца веря своему ужасному предчувствию, он кинулся проверять расчеты Жуковского и тут же обнаружил в них фатальную ошибку. Быстро сориентировавшись, он взял управление на себя и попытался предотвратить трагедию. А ситуация меж тем еще больше усложнилась: в том же районе возник третий самолет - Ил-62, летевший на высоте 9000 метров. Сумский немедленно подал ему команду: «Освободить эшелон 9000». А ташкентскому рейсу было приказано его занять. Кроме того, экипаж был предупрежден, что в эшелоне 8400 находится другой самолет. Все было сделано правильно и даже, пожалуй, своевременно. Только теперь в дело вмешались еще природа и случай - эти две составляющие сделали катастрофу уже необратимой. Из-за того что радиопомехи забивали эфир, ташкентский Ту-134 команду диспетчера перейти на эшелон 9000 не принял, как и предупреждение об опасности столкновения с другим лайнером. Зато диспетчеров услышали на другом воздушном судне - том самом Ил-62, пилоты которого отнесли команды на свой счет, ведь голос с земли им был уже знаком, и подтвердили факт получения инструкций, предназначенных для ташкентского самолета. Сумский тоже посчитал, что услышал ответ от ташкентского рейса, и, успокоившись, ушел из эфира. Им были допущены сразу две грубейшие ошибки: во-первых, он принял доклад одного экипажа за доклад другого, а во-вторых, неточно расслышав позывные, он не потребовал повтора ответа на свой приказ изменить эшелон.

В тот момент до трагедии оставались 1 минута 10 секунд.

«Виновата трасса!»

Произошла ужасающая по своим масштабам авиакатастрофа. В 13 часов 35 минут 38 секунд лайнеры врезались друг в друга. Гром взрыва потряс небо. Челябинский самолет отрезал хвостовую часть ташкентскому и взорвался. А тот в разгерметизированном состоянии камнем рухнул на землю с огромной высоты. Поскольку кабина экипажа разгерметизации не подверглась, командир корабля успел нацарапать на панели слова: «Виновата трасса». Пассажиры и бортпроводники, находившиеся в салоне, погибли мгновенно. Вообще же в этой немыслимой аварии не уцелел никто - расстались с жизнью 178 человек.

Виновными в аварии были признаны диспетчеры. Оба они - Жуковский и Сумский - получили по 15 лет тюрьмы. К руководителю полетов Сергееву серьезных санкций не применили. В принципе, официальная версия, согласно которой единственной причиной трагедии были ошибки диспетчеров, больше никогда всерьез не пересматривалась, да и пересматривать было, в общем-то, нечего. Были, конечно, предположения о загадочных литерных самолетах, ради которых расчистили трассу: якобы чуть ли ни сам Брежнев летел тогда отдыхать на Черное море, но это были не более чем байки, ничем не подтвержденные. Хотя по свидетельству журналиста Олега Якубова, который тоже должен был отправиться в Минск с командой, литерный рейс все же был, но вез он не генсека, а чиновника средней руки. Но все это не опровергает выводов правительственной комиссии. Да, диспетчерам данный факт мог создать дополнительные трудности, но им должно было хватить профессионализма, чтобы справиться со своей задачей. К слову, сам Якубов своим спасением обязан массажисту «Пахтакора» Анатолию Дворникову, у которого за день до трагедии был день рождения. Отмечание праздника несколько затянулось, в результате чего ни журналист, ни именинник на самолет не попали, банально проспав и опоздав буквально на несколько минут.

Память

6 дней СМИ Советского Союза молчали о трагедии. Оно и понятно, ведь в те времена катастрофы у нас происходили не чаще полных солнечных затмений - их просто не должно было быть, поэтому о них и не сообщали. Но здесь был случай особый, такое нельзя было скрыть, потому что на одном из самолетов находилась гордость целой республики - команда «Пахтакор». Отсутствие официальной информации, как это часто бывает в подобных ситуациях, породило массу слухов. К тому же толку от такого молчания было не много - уже на следующий день фактически весь Ташкент знал о случившемся. Знал и не мог поверить, это просто не укладывалось в голове, что тех самых ребят, которым еще несколько дней назад рукоплескали трибуны Центрального стадиона ,город больше не увидит - да что там город, весь Узбекистан был влюблен в «Пахтакор», это была по-настоящему народная команда.

Первыми страшную новость по Ташкенту разнесли таксисты - правда, в основном это была противоречивая, отрывочная информация. Лишь 16 августа в выпуске последних известий о катастрофе сообщили официально. К тому времени о случившемся уже знал весь мир, и соболезнования в Госкомспорт Узбекистана поступали буквально отовсюду: телеграммы летели из Англии, Голландии, Дании, ФРГ, Португалии, Греции, Бразилии, Италии, Испании, Франции и многих других стран. Не остались в стороне и спортивные клубы: например, мюнхенская «Бавария» в качестве посильной помощи отправила «Пахтакору» полный комплект формы «Адидас» на всю команду.

Ташкент прощался со своими кумирами 17 августа. В последний путь ребят провожали буквально весь город, дорога до кладбища была полностью усыпана лепестками цветов…

Сейчас, спустя 30 лет, давайте еще раз вспомним парней, которые смогли влюбить в себя целую республику и уйти на пике своей славы. Для них так и продолжается чемпионат Советского Союза 1979 года, ведь они покинули этот мир с мыслями о предстоящих футбольных баталиях…

Вот их имена: Идгай Борисович ТАЗЕТДИНОВ, тренер (13.01.1933), Михаил Иванович АН, полузащитник (19.11.1952), Владимир Иванович ФЕДОРОВ, нападающий (05.01.1956), Алым Масалиевич АШИРОВ, защитник (25.01.1955), Равиль Рустамович АГИШЕВ, защитник (14.03.1959), Константин Александрович БАКАНОВ, полузащитник (25.05.1954), Юрий Тимофеевич ЗАГУМЕННЫХ, защитник (07.06.1947), Александр Иванович КОРЧЕНОВ, полузащитник (04.05.1949), Николай Борисович КУЛИКОВ, защитник (25.04.1953), Владимир Васильевич МАКАРОВ, полузащитник (09.03.1947), Сергей Константинович ПОКАТИЛОВ, вратарь (20.12.1950), Виктор Николаевич ЧУРКИН, нападающий (25.01.1952), Сирожиддин Ахмедович БАЗАРОВ, нападающий (10.08.1961), Шухрат Мусинович ИШБУТАЕВ, нападающий (08.02.1959), Владимир Валиевич САБИРОВ, нападающий (14.01.1958), Владимир Васильевич ЧУМАКОВ, врач команды (08.12.1932), Мансур Инамджанович ТАЛИБДЖАНОВ, администратор команды (04.04.1944).

Впоследствии «Пахтакор» был усилен игроками других клубов и продолжил выступление в чемпионате страны, на пять лет ташкентскому клубу было гарантировано место в Высшей лиге.

Наряду с гибелью легендарного «Торино» в 1949-м, московской хоккейной команды ВВС в 1951-м, футбольной сборной Замбии в 1993-м и трагедии с английским клубом «Манчестер Юнайтед» в 1958-м и другими подобными событиями, катастрофа, случившаяся с «Пахтакором», является одной из самых трагичных страниц в истории мирового спорта.

В честь погибших футболистов названы улицы в Ташкенте и других городах Узбекистана, а в конце этого года клуб планирует установить игрокам памятник в селе Куриловка, в небе над которым произошло роковое столкновение авиалайнеров.

Посвящается гибели футбольной команды «Пахтакор».

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также