
В Новосибирске выхаживают детей, которые рождаются с экстремально низкой массой тела. Некоторые появляются на свет уже на 22-й неделе беременности. Неонатолог Виктория Мехлин — о самых трогательных пациентах, родительской любви и чудесах современной медицины
В Новосибирской областной больнице выхаживают детей, которые при рождении весят чуть больше баклажана. Некоторые появляются на свет уже на 22-й неделе беременности, когда до предполагаемого срока родов остаётся четыре месяца. Впереди у таких малышей — долгие недели реанимации, аппараты искусственной вентиляции лёгких и борьба за каждый грамм веса.
Но проходят годы, и бывшие пациенты возвращаются к врачам. Уже не в кувезах, а на собственных ногах. Бегают, разговаривают, играют и смеются.
О том, как спасают самых маленьких пациентов, что чувствуют врачи при выписке и почему родительская любовь тоже может быть частью лечения, в эфире Радио «Комсомольская правда» рассказала заведующая отделением патологии новорождённых и недоношенных детей Областного перинатального центра Виктория Мехлин.
«ДУМАЛА, ЧТО ВРАЧ — ЭТО ОБЯЗАТЕЛЬНО ХИРУРГ»
— Виктория Михайловна, почему вы решили стать неонатологом?
— Я с детства мечтала быть врачом, но долго не могла определиться со специальностью. Почему-то мне казалось, что врач — это обязательно хирург. Потом поняла, что хирургия точно не моё. Когда собиралась поступать в медицинский университет, уже знала, что выберу педиатрию.
И однажды мама рассказала мне, что существует такая профессия — неонатолог. Я начала изучать, чем занимаются эти специалисты, и решила: всё, буду неонатологом!
— Вам приходится плакать из-за работы?
— Если только от счастья, когда думаю о том, как люблю свою профессию! Конечно, переживания случаются ежедневно. Особенно тяжело молодым врачам. Ты уходишь домой, но продолжаешь думать о пациентах. В выходные, праздники, даже в отпуске мысленно остаёшься в отделении.
Со временем нервная система адаптируется к стрессу. Но полностью перестать переживать за своих пациентов невозможно.
«ДАЖЕ ОДЕЖДУ НА ВЫПИСКУ НЕ ПРИНЕСЛИ»
— Какой случай за годы работы запомнился вам больше всего?
— В первый год работы, когда я ещё была врачом-стажёром, заведующая доверила мне глубоко недоношенного малыша. Он родился на 26-й неделе беременности с весом менее 900 граммов.
Такие дети не забываются никогда. В каждого вкладываешь частичку души. Мы с ним очень долго росли. Два месяца он провёл в реанимации, ещё два лечился у нас в отделении. Всего больше ста дней в больнице.
К сожалению, этот мальчик оказался не очень нужен своей маме. Семья была многодетная, не совсем благополучная. Мама звонила, интересовалась, но особой заинтересованности я не видела.
Когда настало время выписки, она даже одежду для ребёнка не принесла. Я объясняла, что необходимо делать дальше, как ухаживать за малышом, но она оставалась практически безучастной.
Для меня это стало настоящей трагедией. Мы столько сил вложили в этого ребёнка, а что будет с ним дальше?
Я даже мужу говорила: «Поехали посмотрим, где они живут, как живут. Поехали постоим под их дверями».
У меня даже возникали мысли забрать его себе домой. Правда, думаю, моя семья меня бы не поддержала. Тогда у меня ещё не было собственного ребёнка.
Звонила в поликлинику, где должен был наблюдаться мальчик, просила обратить на семью особое внимание. Меня услышали, сделали всё возможное. Что могли, всё делали, но, к сожалению, ребёнок не совсем здоровый.
— Если бы родители уделяли ему больше внимания, результаты могли быть лучше?
— Думаю, да. Недоношенные дети требуют огромного внимания после выписки. Мы проделываем колоссальную работу в стационаре, но и родителям в первый год жизни ребёнка необходимо вложить очень много сил. Без этого добиться хороших результатов значительно сложнее.

«МАМА — ЭТО ТОЖЕ ЛЕКАРСТВО»
— А пока малыш находится в больнице, родители могут помочь врачам?
— Конечно! Я убеждена, что один из элементов терапии — это любовь родителей.
Когда мама и папа включены в процесс выхаживания, заинтересованы в ребёнке, результат совсем другой. Конечно, они расстраиваются из-за каждой неудачи, любого шага назад. Но немного поплакали, успокоились — и идём дальше.
Родительская любовь, позитивный настрой — всё это очень важно для недоношенного ребёнка.
— А разговаривать с такими маленькими детьми имеет смысл? Они ведь ещё не понимают слов.
— Это мы думаем, что они не понимают. На самом деле дети очень многое чувствуют. Кто-то из мам поёт колыбельные, кто-то разговаривает, кому-то достаточно просто подержать малыша на руках.
Я убеждена, что ребёнок чувствует, когда его любят и ждут. Он знает мамин голос, её запах. А по мере роста мы замечаем, что дети узнают даже голоса лечащих врачей. Приходишь, начинаешь разговаривать — малыш открывает глаза, реагирует. Мне кажется, они всё запоминают.
— Почему недоношенным детям кладут в кувезы вязаных осьминогов?
— Мы стараемся создать условия, максимально приближённые к внутриутробной жизни. Чтобы было тепло, темно и тихо. Инкубатор, где лежит ребёнок, накрывают специальной накидкой, поддерживают необходимую влажность. У недавно родившихся детей она может достигать 90 процентов.
А щупальца вязаного осьминога напоминают пуповину, которую малыш может захватывать ручкой.
Ведь лечение — это не только лекарства и аппараты искусственной вентиляции лёгких. Огромное значение имеют режим и уход. Чем меньше лишних манипуляций и стресса испытывает ребёнок, тем лучше.

«РОДИЛАСЬ НА 22-Й НЕДЕЛЕ И ВЕСИЛА МЕНЬШЕ 500 ГРАММОВ»
— Расскажите историю ребёнка, которого удалось спасти вопреки самым тяжёлым обстоятельствам.
— Таких историй очень много! Одна из самых запоминающихся произошла около четырёх лет назад.
Женщина из другого города приехала в Новосибирск на новогодние праздники. И так получилось, что родила здесь ребёнка на 22-й неделе беременности.
Это экстремально ранние преждевременные роды. Именно с 22 недель начинается один из критериев, по которым мы оказываем помощь таким детям.
Девочка родилась с массой менее 500 граммов. Представляете, насколько она была крошечной?
Она прошла очень сложный и длительный путь выхаживания, почти пять месяцев провела в стационаре. Мы очень сблизились с её мамой. За такое время врач и семья действительно становятся практически родными.
А недавно эта девочка приезжала к нам на праздник (каждый год областная больница проводит мероприятия в День недоношенных детей). Она уже самостоятельно ходит, разговаривает! В 2027 году ей исполнится четыре года.
Это прекрасный пример того, что рождение с экстремально низкой массой тела вовсе не обязательно означает тяжёлые неврологические нарушения.
— Наверное, выписывать таких детей особенно радостно?
— Это одновременно радость и грусть. Ты несколько месяцев лечил малыша, каждое утро приходил к нему, общался с мамой. А потом они уезжают, и возникает какая-то пустота.
Но на следующий день приходишь на работу, а у тебя уже новый пациент. Начинается новая история. И снова вкладываешь в маленького человека сердце и душу.
Многие наши врачи продолжают общаться с семьями после выписки. Родители присылают фотографии, видео первых шагов, рассказывают, как ребёнок впервые сказал «мама», пошёл в детский сад. Для врача это огромная радость. И настоящая победа.

«НЕДОНОШЕННЫЙ — НЕ ЗНАЧИТ ИНВАЛИД»
— Многие уверены, что ребёнок, родившийся настолько рано, обязательно будет иметь серьёзные проблемы со здоровьем.
— Да, такой стереотип существует. Люди думают, что недоношенный ребёнок — это обязательно ДЦП, инвалидность, что он не будет слышать, видеть или разговаривать.
Но это неправда!
Современная неонатология шагнула далеко вперёд. Наши реаниматологи прекрасно владеют методами респираторной поддержки, умеют справляться с самыми сложными состояниями.
Конечно, неблагоприятные исходы бывают. У некоторых детей остаются проблемы со зрением или другие нарушения. Но далеко не все недоношенные дети становятся инвалидами.
На нашем празднике можно увидеть бывших пациентов. Они ходят своими ногами, играют, радуются.
— Оборудование в больнице тоже играет большую роль?
— Огромную! Однажды я консультировала семью, чей недоношенный малыш родился в Америке. Мама, русская женщина, нашла меня через социальные сети. У неё возникали сложности в общении с англоязычным педиатром, и она попросила совета.
Я познакомилась с их историей и сделала вывод: по оснащению и подходам к выхаживанию мы ничем не хуже американских коллег.
Мне также доводилось бывать в ведущих перинатальных центрах Москвы. И могу сказать, что наш новосибирский центр по оборудованию ничем не уступает столичным.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
К ЧИТАТЕЛЯМ
Если вы стали очевидцем ЧП или чего-то необычного, сообщите об этом в редакцию
Редакция: (383) 289-91-00
Мессенджеры: 8-923-145-11-03
Почта kp.nsk@phkp.ru