«Папа умер, а виновных до сих пор нет»: семья мужчины, погибшего в аварии под Новосибирском, добивается расследования
Семья добивается справедливого расследования гибели Василия Старостина в ДТП. Фото: предоставлено Марией.
Восемь месяцев назад 65-летний Василий Старостин приехал в гости к пожилой матери в город Тогучин Новосибирской области. Вечером он вышел из магазина и начал переходить дорогу. До дома мужчина не дошел — его сбил автомобиль, от полученных травм он скончался на месте. Сейчас семья пытается добиться расследования его смерти: подробнее — в материале КП-Новосибирск.
«СНАЧАЛА МЫ ДАЖЕ НЕ ПОВЕРИЛИ»
ДТП произошло вечером 1 ноября 2025 года около восьми часов вечера. По словам дочери погибшего — Марии Ольховиковой — в это время уже было темно, работало только искусственное освещение. Авария случилась возле магазина, рядом с которым находятся остановка общественного транспорта и пешеходный переход.
Известно, что Василий Старостин вышел из магазина и начал переходить дорогу. По словам дочери, мужчина шел не по пешеходному переходу, а примерно в трех метрах от него.
— Это небольшая дорога — по одной полосе движения в каждую сторону. Не какая-то многополосная магистраль или скоростная трасса. Там часто переходят дорогу именно таким образом: люди выходят из магазина и сразу идут через проезжую часть. Чтобы воспользоваться пешеходным переходом, нужно немного подняться вверх, — рассказала КП-Новосибирск Мария.
Мужчина успел перейти одну полосу, когда его сбила машина:
— Насколько я понимаю, его сначала подбросило на капот, а потом отбросило на асфальт, — поясняет Мария.
Травмы оказались смертельными. Согласно заключению экспертов, у мужчины были тяжелая черепно-мозговая травма, переломы. Когда приехала скорая помощь, Василий Николаевич был мертв.
О случившемся дочь узнала, когда была в отпуске за пределами России.
— Нам позвонила мама. Папа в это время был в гостях у своей матери, моей бабушки. Сначала мы даже не поверили. У нас в Тогучине практически нет родственников, кроме бабушки. Мы подумали, что такого просто не может быть. Потом все подтвердилось.
Перед смертью мужчина навещал свою пожилую маму в Тогучине. Фото: предоставлено Марией.
«ПОХОРОНИЛИ В ТОГУЧИНЕ»
У Василия Старостина остались жена и четверо детей. После гибели мужчины возникли сложности с организацией похорон. Из-за праздничных дней, со слов родных, проведение экспертизы затянулось, в итоге похороны состоялись только 8 ноября.
По словам Марии, семья хотела кремировать отца, однако сделать этого не смогла.
— Следователь настоял, что в подобных случаях органы могут запретить кремацию, поскольку речь идет о происшествии со смертельным исходом. Поэтому нам пришлось похоронить его в Тогучине.
«СЛЕДОВАТЕЛЬ ГОВОРИЛА, ЧТО СОМНЕНИЙ В ВИНОВНОСТИ НЕТ»
Известно, что за рулем автомобиля находился мужчина 1996 года рождения.
— Водитель с места ДТП не скрылся. Ему провели освидетельствование на алкогольное опьянение. Но, насколько мне известно со слов следователя, проверку на наркотическое опьянение не проводили. И еще один момент: его авто было полностью в тонировке, даже лобовое стекло, — отмечает Мария.
Родные умершего сибиряка были уверены, что водителя признают виновным.
— На одном из этапов расследования следователь сообщила нашему представителю, что намерена предъявить обвинение водителю. Однако вскоре позиция следствия изменилась: нам сообщили, что обвинение предъявляться не будет, поскольку экспертиза пришла к выводу об отсутствии у водителя технической возможности предотвратить наезд.
По словам девушки, после первоначальной автотехнической экспертизы семья заказала рецензию на нее — и в ней были указаны существенные недостатки исследования. Потерпевшие ходатайствовали о назначении новой независимой экспертизы, однако получили отказ. Вместо этого была назначена дополнительная экспертиза, основанная на выводах первоначального исследования.
Василий Старостин скончался на 66-м году жизни. Фото: предоставлено Марией.
«МЫ НЕ МОЖЕМ ПОКАЗАТЬ МАТЕРИАЛЫ НЕЗАВИСИМЫМ ЭКСПЕРТАМ»
Сейчас главный спор между семьей погибшего и следствием связан с определением момента возникновения опасности. По словам Марии, следствие считает, что отсчет необходимо вести от середины проезжей части. Родные придерживаются другой позиции:
— Мы консультировались с независимыми экспертами: они предположили, что момент возникновения опасности следует считать от края проезжей части. Но чтобы подтвердить свою гипотезу нам необходимы материалы дела.
По словам Марии, именно от этого зависит итоговый вывод о том, мог ли водитель предотвратить наезд.
— Если считать момент возникновения опасности с середины дороги, как, например, на многополосных дорогах, пространства действительно остается слишком мало. Если расчет производить от другой точки — от края проезжей части — выводы могли бы быть совершенно другими.
Семья опасается, что расследование может завершиться прекращением уголовного дела.
— Я предполагаю, что 2 июля дело могут закрыть, — говорит Мария. — Наш адвокат просил назначить повторную автотехническую экспертизу с учетом иных исходных данных. По мнению семьи, ключевой ошибкой первоначального исследования стало определение момента возникновения опасности только с момента выхода пешехода на полосу движения автомобиля. Потерпевшая сторона считает, что водитель должен был воспринимать опасность значительно раньше, когда пешеход начал переход проезжей части. Следователь в удовлетворении ходатайства отказала, после чего назначила дополнительную экспертизу, которая сохранила прежние исходные данные и не разрешила спор по существу. На узкой дороге 6,6 метров технической возможности предотвратить наезд на человека не было — таковы выводы.
Мария подчеркивает: семья будет добиваться справедливого наказания для виновника.
— Мы просто хотим справедливого расследования. Хотим понимать, почему принимаются те или иные решения. Если действительно все было именно так, как утверждает следствие, мы хотим убедиться в этом сами.
По словам женщины, сейчас родственники не могут получить материалы дела до его закрытия и показать их независимым специалистам.
— Для нас важно, чтобы не оставалось сомнений, что никакие факты не были искажены или подтасованы. Мы хотим иметь возможность отстаивать свою точку зрения. Она у нас есть не на пустом месте. Но сейчас у нас даже нет возможности показать материалы дела независимым экспертам и провести собственную экспертизу.
Еще один вопрос, который беспокоит семью, касается гражданского иска:
— Нас признали гражданскими истцами. Мы заявили иск о компенсации морального вреда и ходатайствовали об аресте имущества водителя. Следователь нам отказала. При этом она сослалась на норму закона, которая, на мой взгляд, трактуется ею прямо противоположным образом.
Как утверждает Мария, сейчас водитель продолжает пользоваться автомобилем, а его счета не арестованы.
Сейчас уголовное дело остается на стадии предварительного следствия. Родные погибшего надеются получить возможность ознакомиться с материалами расследования до принятия окончательного решения и добиться ответов на вопросы, которые, по их словам, остаются без ответа уже восемь месяцев.
Мы готовы дать слово второй стороне конфликта. Вы можете связаться с нами по телефону: 89231451103 (MAX, Telegram).
К ЧИТАТЕЛЯМ
Если вы стали очевидцем ЧП или чего-то необычного, сообщите об этом в редакцию
Редакция: (383) 289-91-00
Мессенджеры: 8-923-145-11-03
Почта kp.nsk@phkp.ru