
40-летний новосибирец Александр Парфёнов вернулся из экспедиции, во время которой команда поднялась на пики Коммунизма и Корженевской на Памире, а затем попыталась пройти Южную стену одного из самых сложных в мире пиков — пика Огре I в Каракоруме. По пути двое из четырех участников подхватили ковид: среди них сам Александр, который несколько дней лежал с температурой под 40, но все равно вышел на маршрут. Подробнее о путешествии Александр рассказал КП-Новосибирск.
«РИСКНУЛ ЗДОРОВЬЕМ»
Экспедиция началась 24 июля 2025 года. Сначала команда отправилась в Таджикистан. Здесь альпинисты поднялись на два семитысячника — пик Коммунизма и пик Корженевской. Эти вершины закрыли престижный норматив «Снежный барс» сразу двум участникам группы.
— Мы акклиматизировались на Памире и надеялись перевезти акклиматизацию в Пакистан, — рассказывает Александр. — На таких высотах это крайне важно.

Далее маршрут лег в Каракорум. Итоговой целью стала попытка пройти Южную стену пика Огре I, она же Людоед, она же Байнта Брак или Баннтха Бракк — вершина в хребте Панмах-Мустаг в Каракоруме высотой 7285 метров.
Но по дороге в Пакистан двое из четырех участников, в том числе сам Александр, подхватили ковид. И вся логистика, спланированная так, чтобы не потерять акклиматизацию, превратилась в гонку с собственным организмом.
— Многое я тогда передумал, — признается Александр. — Но все равно не смог отказаться от попытки восхождения. Рискнул здоровьем — и это не фигура речи.

«ТЕМПЕРАТУРА СПАЛА, И Я СМОГ ВЫЙТИ»
Несколько дней Александр лежал в палатке с сорокоградусной температурой — прямо под Огре I, стеной, о которой мечтал десять лет.
— Самым запоминающимся стал внутренний торг. Парни могли отправиться на гору без меня, а я — инициатор всей этой истории — лежал внизу. И какое это было облегчение, когда температура спала, и я все-таки смог выйти с ними.
Даже выход на такой маршрут после высокой температуры стал маленькой личной победой.
— Те, кто в теме, понимают: он сложнее, чем Эверест и К2 вместе взятые, — говорит Александр.
Даже в базовом лагере организм не восстанавливается. Болезнь бьет по силам вдвойне, а стену команда выбрала такую, какой в российском альпинизме не брались много лет — длинную, тяжелую, непройденную.
На информационном проекте об альпинизме Alpagama об этой экспедиции написали:
— Как отмечал врач и альпинист Алексей Овчинников, какая-то инфекция весь год ходит в Гималаях среди портеров. Разновидность коронавируса. Возможно, ее и подхватила команда.

«САМОЕ СЛОЖНОЕ — ОТКАЗАТЬСЯ, КОГДА ТЫ НА СТЕНЕ»
В команде — четкая специализация.
Алексей Сухарев — самый опытный высотник, почти не теряет работоспособности наверху.
Ратмир Мухаметзянов— «лазун», эксперт по тонкому льду и заснеженным скалам.
Александр Рындык — московский технарь, который круто «итошит» — работает на искусственных точках опоры.
Александр Парфенов — универсал, «слесарь», как он сам себя называет.
— На пике Огре I нам удалось поработать с Ратмиром: сначала он шел по тонкому льду и заснеженным скалам, а потом началась моя стихия — монолитные тонкие глухие трещины, куда ещё никто никогда не бил крючья.
Уступить обстоятельствам было нелегко. Но болезнь и риск сделали свое дело — команда приняла решение отступить.
— Это было самое трудное: отказаться, когда столько вложено сил, времени и денег, и когда стоишь на стене, о которой мечтал десять лет, — рассказал Парфенов.

Планы на будущее у Александра уже есть:
— Летом планирую восхождение на пик Победы на Тянь-Шане, возможно по новому маршруту. В Каракорум, конечно, хочется вернуться — завершить начатое. Северная стена Огре I еще более грандиозная и до сих пор нетронутая. Но понадобится ещё несколько лет подготовки, возможно усилить команду.
К ЧИТАТЕЛЯМ
Если вы стали очевидцем ЧП или чего-то необычного, сообщите об этом в редакцию
Редакция: (383) 289-91-00
Мессенджеры: 8-923-145-11-03
Почта kp.nsk@phkp.ru