«Я кричала от боли»: сибирячка обвинила врачей в том, что стала инвалидом
Женщина обратилась в клинику в феврале 2025 года. Фото: предоставлено Еленой
Жительница Новосибирска Елена утверждает, что после плановой операции на позвоночнике в частной клинике она получила менингит, сепсис и инвалидность второй группы. По ее словам, врачи допустили грубые нарушения, несколько дней не оказывали необходимую помощь, а затем оформили документы так, будто пациентка сама отказалась от лечения. Подробности — в материале КП-Новосибирск.
«ОБЕЩАЛИ, ЧТО ЭТО ПРОСТАЯ ОПЕРАЦИЯ»
Жительница Новосибирска обвинила врачей в том, что стала инвалидом
По словам Елены, в феврале 2025 года она обратилась в частную клинику, чтобы удалить межпозвоночную грыжу в поясничном отделе.
— Нас заверили, что операция простая, без осложнений, — вспоминает женщина. — Никто не говорил ни о каких серьезных рисках.
Однако почти сразу после вмешательства состояние пациентки резко ухудшилось. По словам Елены, во время операции ей повредили твердую мозговую оболочку в поясничном отделе позвоночника, из-за чего началась утечка ликвора — жидкости, которая омывает спинной и головной мозг. Эта информация, как утверждает женщина, зафиксирована в медицинских документах.
— Мужу, пока я была фактически в отключке, сказали, что все сделано намеренно, — рассказывает она. — На каких основаниях, я до сих пор не понимаю.
В таком состоянии Елену, по ее словам, продержали около пяти дней. Все это время она находилась в реанимации.
За эти дни, как утверждает пациентка, у нее развились тяжелейшие осложнения — сначала менингит, затем сепсис.
— У меня были жуткие боли, я просто кричала, — говорит Елена. — Мне казалось, что голову разрывает. Меня просто выключали, потому что я не могла это терпеть.
В реанимации частной клиники она провела в общей сложности 19 дней. За это время, как считает семья, врачи так и не предприняли необходимых мер, чтобы остановить воспалительный процесс.
«ДОЛЖНЫ БЫЛИ НАЗНАЧИТЬ АНТИБИОТИКИ»
Как рассказывает Елена, уже после случившегося адвокаты, изучив медицинские документы, указали на ключевое нарушение.
— Утечка ликвора была с момента проведенной операции, и симптомы развития менингита возникли на вторые сутки после операции, — говорит она. — Но проводили симптоматические мероприятия: останавливали рвоту, ставили обезболивающие. При подозрении на менингит: рвота, головная боль, светобоязнь, слабость, прикосновения к коже вызывают боль — все это было и ухудшалось в течении пяти суток. Поднималась температура. Были судороги. Но антибиотики не были назначены в первые 24-48 часов. Именно это привело к развитию сепсиса и разрушению позвонков.
Когда состояние пациентки продолжало ухудшаться, в клинике приняли решение о повторной операции. Как утверждает Елена, ее провели без согласования с супругом. Муж Елены пытался разобраться, что происходит, задавал врачам вопросы о причинах сепсиса и менингита. Однако, по словам женщины, ему отвечали, что это «послеоперационное осложнение» и ничего критичного нет.
Сейчас Елене требуется длительная реабилитация. Фото: предоставлено Еленой
Счет за лечение при этом вырос в четыре раза. Изначально, по словам Елены, речь шла о сумме около 120 тысяч рублей, однако затем счет вырос почти до 500 тысяч. В итоге, как утверждает женщина, клиника заявила о «скидке» и потребовала оплатить около 380 тысяч рублей.
— Нам сказали примерно так: платите и уезжайте, — говорит Елена. — Выбора не было, муж залез в кредит и оплатил.
«ВСЕ БОЛЬНИЦЫ ОТКАЗЫВАЛИСЬ МЕНЯ БРАТЬ»
После этого состояние пациентки стало еще хуже. По словам Елены, практически все больницы отказывались принимать ее из частной клиники.
— Мужу прямо говорили: если вы ее привезете, она умрет, анализы слишком плохие, — вспоминает женщина.
В итоге супругу удалось буквально уговорить руководство одной из больниц принять пациентку. В медучреждение ее доставили на скорой помощи в тяжелом состоянии.
При этом, как утверждает пациентка, в частной клинике оформили выписку так, будто она добровольно отказалась от услуг и может наблюдаться у невролога.
В городской больнице врачи несколько дней боролись с сепсисом, проводили дополнительные обследования, после чего было принято решение о третьей операции. По словам Елены, врач, проводивший операцию, зафиксировал в документах ошибки, допущенные ранее.
— Он сказал, что сейчас главная задача — спасти позвонки, — рассказывает она. После операции женщина оставалась лежачей. Улучшение, по ее словам, началось только в государственной больнице.
МЕСЯЦЫ БЕЗ ДВИЖЕНИЯ И ИНВАЛИДНОСТЬ
После выписки Елену в буквальном смысле на руках перевозили домой. До июля она не вставала, любые попытки движения были запрещены врачами.
— Я училась ходить заново, — говорит она. — В июле, в августе — буквально с нуля.
Даже спустя почти год после операции последствия остаются тяжелыми. У женщины не работает нога, отсутствует чувствительность, сохраняются боли. В итоге ей была оформлена инвалидность второй группы.
Сейчас семья готовит гражданский иск к клинике. Также рассматривается возможность обращения в Следственный комитет — для оценки действий конкретных врачей.
— Мы никогда с таким не сталкивались, — говорит Елена. — Но факт остается фактом: я стала инвалидом после плановой операции, на которую шла без страха и с полным доверием врачам. Разрешение мирного формата не последовало. На досудебную претензию ответили, что мы не правы.
По ее словам, впереди — судебно-медицинская экспертиза и разбирательства, которые, как надеется женщина, дадут ответы на вопросы, что именно пошло не так и кто должен за это отвечать.
К ЧИТАТЕЛЯМ
Если вы стали очевидцем ЧП или чего-то необычного, сообщите об этом в редакцию
Редакция: (383) 289-91-00
Мессенджеры: 8-923-145-11-03
Почта kp.nsk@phkp.ru