В Новосибирске иностранец убил восьмилетнюю девочку и её родителей и сбежал - за жёсткую расправу он поплатился спустя 11 лет
Нуриддин Холматов был задержан за рубежом и экстрадирован в Россию.
Фото: Мария НОВИКОВА. Перейти в Фотобанк КП
В 2014 году в квартире на улице Льва Толстого в Новосибирске обнаружили тела мужчины, его жены и восьмилетней дочери. Преступники успели скрыться за границей, и предварительное следствие было приостановлено. Но спустя 11 лет одного из обвиняемых удалось найти и экстрадировать в Россию. В интервью КП-Новосибирск ко Дню сотрудников органов следствия 25 июля следователь первого отдела по расследованию особо важных дел Мария Серпенева рассказала, как восстанавливали картину преступления, что помогло выйти на след убийц, и почему такие дела не теряют актуальности даже спустя десятилетия.
«УЗБЕКИСТАН НЕ МОГ НАМ ВЫДАТЬ СВОЕГО ГРАЖДАНИНА»
– В 2014 году вы уже были следователем по этому делу? Или подключились позже, уже когда расследование возобновили?
– Я приступила к расследованию, когда дело возобновили в 2024 году. Это было уже после того, как обвиняемого экстрадировали на территорию России.
– Расскажите, как в 2014 году строилась первоначальная версия преступления?
– Изначально было заявление о безвестном исчезновении семьи — мужчины, женщины и ребёнка. Родственники не могли их найти. Позже возле одного из домов нашли их машину. А впоследствии в одной из квартир на улице Льва Толстого хозяин обнаружил на балконе три тела. Началось расследование.
Согласно показаниям свидетелей, в квартире ремонтные работы проводили двое человек, работодателем которых являлся погибший мужчина — Халматов Нуриддин и Абдурашид Буматов. Они там же и проживали. В ходе осмотра места происшествия были обнаружены их документы, оставшиеся в квартире. После убийства Халматов вылетел из России на следующий день рейсом в Бишкек, а Буматов уехал тем же вечером на автобусе.
Они знали, что у Бабура есть деньги, убили его с целью ограбления. Всего они похитили имущества на сумму более 10 тысяч рублей. А жена и дочь стали свидетелями.
– Как им удалось так быстро покинуть страну?
– Я думаю, без особых трудностей. Потому что семья числилась без вести пропавшей. Убийство произошло 9 марта 2014 года. А тела обнаружили только 12-го числа. Квартиру после убийства закрыли. Родственники забеспокоились 10-го числа к вечеру и обратились в полицию. Следствием установлено, что Буматов уехал на автобус, а Халматов спокойно купил билет на самолёт и вылетел за пределы страны.
– То есть родственники не знали, где находится эта квартира?
– Нет, не знали. Только Бабур знал, возможно, и его жена. Там шёл ремонт, и рабочие жили в этой квартире.
– Какие действия предпринимались дальше? С какими странами взаимодействовали?
– Сразу установили личности. Назначили дактилоскопическую экспертизу по отпечаткам пальцев, обнаруженных на орудиях преступления и в квартире. Также были допрошены многочисленные свидетели: из окружения потерпевших и из окружения самих обвиняемых. Обвиняемые и потерпевший уроженцы Узбекистана.
После сбора доказательств заочно предъявили обвинение Халматову. Суд заочно арестовал его. Затем его объявили в международный розыск, подключили Интерпол. Началась переписка с различными странами. Узбекистан, например, сообщил, что Халматов находится у них,но не может выдать своего гражданина. Спустя время он покинул территорию Узбекистана и оказался в Казахстане, где совершил преступление против собственности и был там осуждён. Из Казахстана и поступило сообщение об его местонахождении.
Тогда прокуратура Российской Федерации связалась с компетентными органами Казахстана с просьбой выдать Халматова.
Его экстрадировали в Россию, и он был помещён в СИЗО в Новосибирске. Следствие официально было возобновлено.
– А если бы он просто пересёк границу Казахстана, вам бы не сообщили? Только если он нарушил закон?
– В идеале — должны были. Если он пересекает границу как человек, находящийся в международном розыске, то, конечно, уведомление должно быть. Но, в нашем случае мы узнали об этом только когда он совершил преступление.
– Всё это время, пока он находился сначала в Узбекистане, потом в Казахстане, дело было приостановлено?
– Да, конечно. После предъявления обвинения и проведения всех возможных следственных действий в его отсутствие дело было приостановлено в связи с розыском. Обвинение было предъявлено в декабре 2014 года, расследование длилось 7 месяцев и 27 суток. Предварительное следствие по уголовному делу было приостановлено до момента его задержания.
Сейчас дело в отношении него направлено в суд. А по Буматову выделено в отдельное производство, поскольку он по-прежнему в розыске. Его местонахождение пока неизвестно. Сейчас по нему также заочно предъявлено обвинение, суд его заочно арестовал, и он объявлен в международный розыск. Начинается взаимодействие с Интерполом, чтобы установить его местонахождение и добиться экстрадиции.
– То есть это дело нельзя считать полностью раскрытым, так?
– По Халматову — дело расследовано и направлено в суд. По Буматову — дело приостановлено за розыском. То есть технически оно раскрыто, но расследование не завершено, работа продолжается.
Абдурашид Буматов в розыске двенадцатый год. Фото: МВД России
«СЛЕДОВАТЕЛЮ НУЖНО ВЕРНУТЬСЯ В ПРОШЛОЕ И НАЧАТЬ ВСЁ ЗАНОВО»
– Очень часто дела удаётся раскрыть только спустя 10, 15, даже 25 лет. Бывает, что изначально что-то было сделано неправильно. Можете ли вы сказать, были ли какие-то ошибки в вашем деле, которые могли повлиять на более быстрое раскрытие дела?
–Дело изначально было очень хорошо отработано. Было проведено множество экспертиз. Единственное, что не удалось — это задержать обвиняемых сразу. Но здесь тоже есть нюанс: никто не знал, что семья погибла. Дом был новостройкой, соседи не заселены, никто ничего не слышал. Родственники забеспокоились только вечером следующего дня. Так что у обвиняемых получилось быстро сориентироваться и уехать из страны.
– Какие особенности этого расследования, на ваш взгляд, стоит взять на вооружение при работе с аналогичными делами прошлых лет?
– Когда изучаешь уголовные дела по преступлениям прошлых лет обращаешь внимание на мелочи. Часто дела приостанавливают, потому что не установлены подозреваемые. Сейчас есть современные методы — молекулярно-генетические экспертизы, база данных, дактилоскопия. Следователю нужно словно «вернуться в прошлое» и начать всё заново. Не полагаться на то, что сделано до него, а заново всё проанализировать. Иногда бывает, что человек был допрошен — а это и есть преступник. Кто-то мог что-то забыть, кто-то мог вспомнить больше спустя годы. Нужно быть внимательным и ничего не упустить из виду в ходе расследования уголовного дела.
– И напоследок: что бы вы хотели, чтобы общество знало о работе следователя?
– Наверное, главное, чтобы все понимали: никто не останется безнаказанным, если преступление действительно совершено. Даже если прошло много лет. Мы стараемся делать всё, чтобы восстановить события, установить виновных. Иногда действительно нужна помощь граждан — они могут что-то знать, помнить, видеть. Не стоит бояться взаимодействия со следствием.
К ЧИТАТЕЛЯМ
Если вы стали очевидцем ЧП или чего-то необычного, сообщите об этом в редакцию
Редакция: (383) 289-91-00
Мессенджеры: 8-923-145-11-03
Почта kp.nsk@phkp.ru