Гадюк доят и делают им массаж: как живут змеи в новосибирском серпентарии
Единственный в России серпентарий находится в Новосибирске.
Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП
Единственный в России серпентарий находится в Новосибирске, в промзоне, без каких-либо табличек и опознавательных знаков. Сложно догадаться, что на втором этаже непримечательного здания живет почти тысяча змей. Ядовитых. А некоторые из них - одни из самых опасных в мире. Здесь змеи приносят пользу - отдают свой яд ради медицины и науки. Но для того чтобы яд получить, змею надо подоить. Как это делается?
СЕРПЕНТАРИЙ ЕДИНОМЫШЛЕННИКОВ
Белая комната похожа на медицинскую лабораторию. За столом сидит Игорь Титов, главный герпетолог Сибирского серпентария.
Игорь Титов, главный герпетолог Сибирского серпентария.
Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП
Справа - большой короб, в котором шипят и извиваются с десяток разнокалиберных гадюк. Пресмыкающиеся недовольны: их вытащили из теплого бокса, засунули в этот неудобный ящик.
Коробки змеям не нравятся.
Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП
Игорь тоже не очень доволен: над душой стоит журналист. И я не очень доволен, поскольку самый оригинальный, как я считал, вопрос оказался как раз самым дурацким:
- Работу на дом не приходится брать?
Игорь смотрит на меня поверх очков, вздыхает, лезет в ящик длинным пинцетом, прикрытым гардой из половинки красного детского мяча, и вытаскивает следующую гадюку.
Инструменты, которые позволяют кормить кобр и доставать их из бокса.
Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП
Привычным жестом мягко берет ее за голову, чуть нажимает - показываются небольшие, но острые, как загнутые стеклянные иголки, зубы. Подносит к ядоприемнику - и вот уже несколько капель отравы присоединяются к желтоватой жидкости.
Работа со змеями идет очень аккуратно.
Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП
Из большого шприца герпетолог вливает в змею питательный раствор, массирует горло (или, скорее, живот - у змей фиг разберешь) и отправляет гада в другой ящик - с подоенными и накормленными собратьями..
Каждое движение во время доения гадюки выверено.
Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП
- Нет конечно: на дом такую работу взять невозможно. Змея совсем не домашний питомец. Хотя некоторые держат их в квартирах. Даже в Новосибирске. Нам приносили несколько раз внушительных и довольно ядовитых змей. Некоторых - после смерти владельцев.
- Надеюсь, не от яда?
- В большинстве случаев - нет. Но бывало всякое… И кобр приносили. И даже одну шумящую гадюку. У нее зубы невероятно длинные - сантиметра четыре.
- Ее не доили?
- Она недолго как-то у нас прожила. Запроса на яд не было. Да и страшно с таких чудищем работать.
- А с остальными не страшно?
- Одни с лошадьми работают, другие - со змеями. К каждому свой подход, с каждым надо быть внимательным и осторожным…
Игорь изящно подхватывает новую гадюку и, подоив, отправляет на отдых, который продлится от недели до 10 дней. За смену нужно отработать примерно 200 пресмыкающихся.
Кстати, дойку можно проводить только голыми руками: в перчатках змею перестаешь чувствовать, да и выскользнуть может. В общем, работа - в полный контакт, ведь даже от того, как и где возьмешь пресмыкающееся, зависит, сколько яда получишь.
ТОЛЬКО РЮМКА НА СТОЛЕ
Я все ломал голову, почему ядоприемник так сильно напоминает мне рюмку. Оказалось, потому что это рюмка и есть. Классический граненный штоф, закрытый полиэтиленом определенной толщины. Это оказалось удобно и змеям, и тем, кто с ними работает. Полиэтилен напоминает кожу, которую прокусывает гад, имитируя атаку. Яд впрыскивается и стекает на дно. Буквально несколько капелек. Чтобы набрать дневную норму в треть рюмки, как раз и нужно 200 особей.
Полиэтилен напоминает кожу, которую прокусывает гад, имитируя атаку.
Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП
В сухом остатке получается не более 2 граммов. В сухом - это в прямом смысле слова, ведь яд сразу после дойки необходимо высушить, иначе он испортится. 1 грамм такой кристаллической субстанции стоит примерно тысячу долларов. Казалось бы - золотое дно: наловил змей, надоил - и гребешь деньги лопатой. Однако бизнес этот очень трудозатратен и опасен. Недаром из восьми серпентариев на территории бывшего СССР остался лишь один. Змей надо не только наловить (что не так уж и просто), но и разместить, ухаживать за ними, кормить, лечить. Ну и доить, в конце концов. Людей, умеющих (и не боящихся) делать это, во всем мире гораздо меньше, чем космонавтов.
КОГДА БЫ КОБРЫ БЫЛИ ДОБРЫ…
Если с доением обыкновенных гадюк спокойно справляется один человек, то с их старшими сестрами приходится попотеть. В серпентарии живут несколько моноклевых кобр (называются так из-за одного кружка на капюшоне). Это большие - 1,5 метра, сильные и чрезвычайно ядовитые змеи. Тут уже приходится работать вдвоем: один держит голову и, собственно, доит, второй удерживает тело, чтобы не вырвалась. Я полюбовался на кобру, отдыхающую в клетке: этакий приличной толщины шланг. Даже спящая она вызывает страх. Хотя настоящий ужас внушают мощные длинные зажимы, которыми змей кормят и забирают из клетки. С подобными на оборотня можно идти… Какой же сильный и опасный организм эта моноклевая кобра! Ее яд - сильнейший нейротоксин, отключающий дыхание, останавливающий сердце, вызывающий в месте укуса некроз. Взрослый мужчина протянет час, если под рукой нет противозмеиной сыворотки. Слава богу, кобры никого не кусали. А вот гадюки - случалось. Но здорового человека на тот свет они способны утянуть очень редко.. Как и щитомордники. Тоже здесь обитают, тоже доятся. Их укус очень болезненный и чреват таким кровоизлиянием, что страшно смотреть.
ЗМЕЕЛОВ - ПРОФЕССИЯ УХОДЯЩАЯ
Серпентарий работает с видами, которые разрешены к изъятию из дикой природы, поскольку их много. Тех же гадюк под Новосибирском много. Однако поголовье змей уменьшается, как и количество змееловов. Молодежь неохотно идет в эту профессию - тяжеловато. Да, с одной стороны, за каждую особь дают около 500 рублей. 10 змей - 5 тысяч. 100 змей - 50 тысяч. Казалось бы, золотое дно…
- Мы выдаем квоты на отлов в пределах имеющихся разрешений. Обращается к нам новичок: «Чего всего на 100 змей даете? Давайте на 200!», - рассказывает директор Новосибирского серпентария Алексей Гладких. - Мы в ответ: «Вы хотя бы 50 нам принесите». Потом звонишь ему: «Змеи где?» Мнется: «Да вот, непогода что-то разыгралась… Гадюки ушли на дальний кордон».
Привычные места отлова поистощились - надо лезть в топи, болота, дремучие леса. Опытные охотники, ягодники, умеющие собирать гадюк, уже от дел отползают, а секреты передавать некому. Потому серпентарий пытается наладить разведение змей в неволе, чтобы уже точно ни от кого не зависеть. Дело это тоже хлопотное, но первые успехи есть.
Справа КП
Фото: Алексей СТЕФАНОВ. Перейти в Фотобанк КП
ЯДОВИТОЕ ЛЕКАРСТВО
Куда потом уходит надоенный яд? Во-первых, из него делают противоядие - сыворотки от укусов змей. Во-вторых, лекарственные и косметические средства.
- На рынке сейчас много косметики, на которой написано, что там присутствует яд, - говорит Алексей Гладких. - Мы смотрим на нее, мягко говоря, с недоумением. Мы-то в курсе себестоимости, а потому не может бочонок с ядом змеи, пчелы да еще скорпиона стоить 130 рублей. Возникает резонный вопрос: а есть ли там яд? Людям просто невыгодно работать, если все написано по правде. Ни косметика, ни лекарство с ядом дешево стоить не могут.
Сам серпентарий производит наружные средства - гель с ядом гадюки и хитозаном (продукт переработки хитина, в основном из панцирей ракообразных) для снятия боли в мышцах и суставах (я, как спортсмен, лично проверил: работает!), гель-венотоник с ядом щитомордника, снимающий отеки, гудение в ногах и борющийся с появлением сосудистого рисунка, и хитозановый гель от ран и ожогов.
Змеиный яд используется в медицине.
Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП
Но это далеко не все полезное, что может дать яд. Как хороший иммуностимулятор, он может стать основой лекарства, которое спасало бы при инсультах, некрозах поджелудочной и даже при раке. Но для этого нужны масштабные и дорогие исследования. Серпентарию это не под силу, а вот знаменитый новосибирский научный центр «Вектор» мог бы замахнуться. Хотя спецы серпентария работают над гелями, за которые особое спасибо скажут спортсмены: «разогревающий» - с ядом гадюки и кобры и «охлаждающий» - с ядом гюрзы.
Игорь Титов кладет в ящик последнюю на сегодня гадюку. За разговором дойка прошла как-то незаметно. Все 200 экземпляров отправляются отдыхать. А герпетолог - сдавать надой. Я прошу его попозировать с рюмкой яду.
Игорь улыбается той самой спокойной улыбкой человека опасной профессии, которая для него стала уже рутиной:
- Ну, за здоровье!
Змеи шипят из ящика. Поддерживают тост…
Змеи находятся в теплых боксах.
Фото: Евгений САЗОНОВ. Перейти в Фотобанк КП
В ТЕМУ
На территории СССР было восемь мощных серпентариев: в Москве, Азербайджане, Киргизии, два - в Узбекистане и три - в Туркмении. Новосибирский открылся практически перед развалом Союза - в 1989-м. Он же единственный и пережил лихие девяностые - чудо, иначе и не скажешь: люди по полгода не получали зарплату, уходили на шабашки, но уникальное предприятие сохранили.
К ЧИТАТЕЛЯМ
Если вы стали очевидцем ЧП или чего-то необычного, сообщите об этом в редакцию
Редакция: (383) 289-91-00
Мессенджеры: 8-923-145-11-03
Почта kp.nsk@phkp.ru