Премия Рунета-2020
Новосибирск
ЗДОРОВЬЕ18 сентября 2018 12:35

Вторая мама: откровения медсестры детской реанимации о слезах на смене, молитвах и работе в тени врачей

Мы посетили самое закрытое отделение больницы и узнали, как не сойти с ума от ежедневной борьбы за жизнь детей.
Анастасия Тагирова рассказала о своих буднях медсестры детской реанимации.

Анастасия Тагирова рассказала о своих буднях медсестры детской реанимации.

Фото: Андрей КОПАЛОВ

Дети, к сожалению, болеют. Иногда очень серьезно, иногда даже с самой первой минуты своей жизни. Вместо заботливо приготовленной кроватки - кувез, вместо маминой груди - питание через зонд, сотни трубочек, препаратов и большой вопрос о будущем… И вокруг чужие люди. За плотно закрытыми дверьми детской реанимации разыгрываются настоящие драмы, идет ежеминутная борьба, и мы порой забываем, что на этом поле боя за жизнь сражаются не только врачи… В тени остаются те, кто их назначения выполняет, кто ставит лекарства, кормит, ухаживает, утешает…

Анастасия Тагирова 13 лет работает медсестрой в детской реанимации Национального медицинского исследовательского центра имени академика Е. Н. Мешалкина. У нее очень добрые глаза, мягкая улыбка и забавная шапочка с медвежонком, которую она сшила своими руками. Мы вместе с Анастасией смогли попасть в самое закрытое отделение больницы, спросить о слезах и тяжелых буднях, о безмолвных молитвах в самые трудные минуты борьбы за детей.

Малышей переворачивают каждые два часа, а также купают трижды в неделю.

Малышей переворачивают каждые два часа, а также купают трижды в неделю.

Фото: Андрей КОПАЛОВ

С ЗАБОТОЙ, ЛАСКОЙ И БЕЗ ГРУБЫХ ДВИЖЕНИЙ

Тяжелые двери распахнулись. Впереди длинный коридор отделения. Очень чисто, тихо и, на удивление, ничем не пахнет. Совсем. Даже больницей. Сразу видно - здесь детская реанимация. Из коридора за прозрачными дверями - просторные палаты. В белоснежном помещении с желтыми стенами несколько кувезов (специальные высокие кроватки, в которых лежат младенцы). Сердце сжимается. Дети увешаны разными трубочками и спят под непрекращающийся писк приборов. Анастасия спокойно надевает перчатки, ласково смотрит на малышей, пожимает плечами - можно задавать вопросы, только тихо…

- Наша задача - это уход, - начинает с самого главного рассказ о своей работе Анастасия Тагирова. - Каждые два часа мы переворачиваем малышей, чтобы не было пролежней, застоя в легких и инфекционных осложнений, которые могут возникнуть после операции. Всегда нужно обращать внимание на температуру тела малыша, чтобы ручки и ножки были теплые и чтобы все складочки были расправлены на пеленке.

Анастасия говорит шепотом. Дети спят. Некоторые из них с характером: разбудишь - начнут возмущаться. Один малыш нахмурился, но мы вовремя замолчали, а спокойное «тише-тише» от медсестер и равномерный писк множества аппаратов его быстро успокоили.

- Все приходит с опытом, - продолжает медсестра. - Когда младенец плачет - надо выявить причину, почему он это делает. Надо понять, что его тревожит, и успокоить.

Нам тяжело смотреть на этот ряд маленьких кувезов… У Анастасии другие чувства.

- Как вам объяснить? Конечно, у меня разные чувства - я мать двоих детей. Жалостью это я точно не могу назвать. Потому что если детей начинаешь жалеть, то будет еще хуже. Нельзя мешкать, нужно быть уверенной, ведь мы их опора, - твердо говорит медсестра. - У меня очень часто возникает мысль: «Как бы я хотела, чтобы к моему ребенку относились?» С заботой, лаской, без грубых движений. Так и работаю. Малыши лежат здесь без мам, и нужно, чтобы они почувствовали, что они здесь не одни. Мы с ними постоянно разговариваем. Говорим: «Не плачь. Все будет хорошо».

Мамы остаются за дверьми реанимации. Малыши оказываются в руках медсестер.

Мамы остаются за дверьми реанимации. Малыши оказываются в руках медсестер.

Фото: Андрей КОПАЛОВ

«МЕДСЕСТРЫ ОСТАЮТСЯ В ТЕНИ»

Про мам - отдельный разговор. В реанимацию пускают редко. Здесь все же не обычная палата. И закрытая дверь отделения видела, наверное, больше слез, чем любая другая.

- Мамочки прорываются в реанимацию, но мы с ними не контактируем, - аккуратна в формулировках Анастасия. - Я с каждым пациентом задумываюсь, как там бедная мама… Она ведь переживает. Бывает, ребенка и увидит только на секунду после рождения. И если постоянно об этом думать, то становится немного жутковато. Но если так о каждом переживать - можно с ума сойти. И плачем, бывает, всякого хватает.

С родителями беседуют в основном врачи, а о медсестрах, которые сутками находятся с их детьми, люди порой не задумываются.

- Про лавры всем врачам - очень каверзный вопрос, - смеется Анастасия. - Врачи - это наши светлые головы. А то, что мы медсестры и остаемся в тени… Это мы такую профессию выбрали.

На работе у медсестер не получается долго умиляться малышам. Нужно выполнять назначения врачей, кормить детей, ухаживать за ними и помогать их спасать.

На работе у медсестер не получается долго умиляться малышам. Нужно выполнять назначения врачей, кормить детей, ухаживать за ними и помогать их спасать.

Фото: Андрей КОПАЛОВ

«ИНОГДА ВО ВРЕМЯ РЕАНИМАЦИИ МОЛИШЬСЯ»

Для того чтобы детям было не так страшно, Анастасия сама сшила себе шапочку. На ней веселый мишка с цветочком.

- Нам всем хочется, чтобы ребенок поскорее выздоровел и вернулся к маме, потому как материнскую любовь никто и ничто не заменит, - уверена медсестра. - Когда к малышам приходят мамы, младенцы обычно плакать начинают - жалуются, видимо, что без них здесь лежат.

Иногда приходить к детям просто некому.

- Отказники к нам тоже поступают - вот кого на самом деле жалко! Ребенок и так родился нездоровым, нужна поддержка родителей, а он один в этом мире. И тогда выкладываешься вдвойне, втройне!

А в ответ получаешь иногда забавные рисунки цветочков, солнышек, зайчиков и даже теплые слова.

- У нас была трехлетняя девочка, которая называла меня и мою напарницу мамой. Сердце екало очень сильно… Но девочка просто хотела внимания, - улыбается Анастасия. - Те, кто с нашими пациентами как с куклами обращается, не смогут у нас работать. Когда только устроилась сюда, поначалу тяжко было справляться. До такой степени все в груди сжимается, болит. Я не знаю, как эти чувства описать. Это надо пережить. То ли человек так устроен, что ко всему приспосабливается… Это волнение и эмоции потихоньку проходят. Они приглушаются. Но иногда… В каждой палате есть иконы. Иногда во время реанимации молишься про себя.

Пока мы беседуем - в палате спокойно, но так бывает не всегда. Это реанимация, а значит, ребенок находится на грани. Приборы в любую секунду могут начать истошно пищать. И это создает в помещении если не напряжение, то атмосферу собранности. Откуда взять при такой тяжелой работе столько нежности, ласки и терпения?

- С этим, наверное, нужно родиться, - добавляет Анастасия нам на прощание.

Двери реанимации закрылись. За ними остались и тревоги, и заботы, и молитвы. И пусть они там и остаются, а дети возвращаются к родителям здоровыми и счастливыми.