Портрет явления: как новосибрские музыканты переживают кризис?

Для музыкантов, классических, ресторанных и уличных, настали сложные времена. Бурные некогда корпоративные праздники либо вовсе канули в лету, либо стали скудными. Гонорары музыкантов снизились. И даже в новогодние праздники ажиотажного спроса на живую музыку не наблюдалось – впервые за последнее десятилетие.

Декабрь 2008-го особых дивидендов не принес, хотя обычно декабрь был самым кормящим месяцем в году. По оценкам музыкантов, в последние дни декабря гонорар увеличивался в два раза, а в новогоднюю ночь - вырастал 4-5 раз. То есть, вместо обычного гонорара за 3-часовое выступление (1-2 тысячи рублей) в праздничную ночь можно было заработать 10-15 тысяч. Но на этот раз подобного не произошло.

К тому же, музыкальные инструменты, цены на которые привязаны к курсам евро и доллара, значительно подорожали. И теперь вопреки общепринятому мнению, что музыканты – люди не от мира сего и постоянно витают в облаках, им приходится напряженно следить за курсами валют. В общем, людям творческим в период кризиса не позавидуешь.

«А денег музыканту платят – кот наплакал!»

- «Корпоративов» стало меньше, и они стали скучнее, - в один голос говорят новосибирские музыканты.

Похоже, настали времена заменить семгу и форель на горбушу, балыки - на котлеты, кулинарные изыски - на домашние салатики и заготовки, а коньяки – на водку и вино. Вместо профессиональных ведущих верховодят на праздниках доморощенные тамады. Живой музыке теперь чаще предпочитают развлечения под караоке. А если даже музыкантов и приглашают, то просят поиграть подольше, причем, за небольшие деньги.

- Количество заказов уменьшилось, - отмечает новосибирский саксофонист Николай ПАНЧЕНКО. Он играет в губернаторском ансамбле «Ретро» и подрабатывает в клубах, на свадьбах и «корпоративах». - Многие звонили в декабре: «Да-да, у нас будет новогодняя корпоративная вечеринка!», а потом перезванивали: «Нет, извините! Мы решили отменить праздник, не тратить деньги, выдать людям премии - пусть каждый дома отметит.

- Пока не могу сказать, что стало намного хуже, - продолжает Николай. - Может, просто я везде задействован: и в оркестре, и сольно, и в дуэте, и в ансамбле. Почти каждый день приходится играть, иной раз - по два раза в день. Сейчас, правда, тоже затишье, но ведь январь всегда был «мертвым сезоном», вялым и тихим.

Между тем, музыканты думают, что худшее впереди: либо клубы, где они привыкли подрабатывать, начнут закрываться из-за кризиса, либо там решат, что музыканты не особо-то и нужны.

- Музыканты, которые жили за счет «корпоративов», вечеринок, сейчас потеряли, - говорит Андрей ТУРЫГИН, саксофонист, солист биг-бэнда Владимира Толкачева и преподаватель. - Не думаю, что это коснулось тех представителей искусства, сотрудничающих с кадровыми агентствами. Жениться из-за кризиса люди не перестанут, дни рождения праздновать будут, а, значит, музыканты там тоже будут играть. Единственное, кризис коснется музыкантов, которые играли для состоятельных людей, устраивавших банкеты на широкую ногу.

Финансы поют романсы, а инструменты дорожают

С саксофонистом Николаем Панченко мы встречались в кафе. Музыкант протянул официантке 140 рублей, включая мелочь, и попросил два кофе. Поняв, что даже на кофе денег не хватает, пьем чай.

- В общем, настроение печальное, - признается музыкант. - Я выплачиваю ипотеку, поэтому переживаю, что будет дальше. Ведь банки могут поднять процентную ставку, или потребовать выплаты всей суммы кредита! А где я возьму миллион? Будем надеяться, будут разработаны действенные меры поддержки должников на государственном уровне.

- Если бы мне в юности объяснили, что музыка – хорошо, когда она остается только хобби, вряд ли я стал музыкантом, - грустно улыбается Николай. - Мой дедушка еще задолго до моего рождения говорил прекрасные слова: играть на музыкальном инструменте и знать иностранный язык должен любой уважающий себя мужчина, а работать надо идти в торговлю… В юности все видится по-другому: музыка, гастроли, свет, афиши. Все это так, но если ты не Растропович и не Спиваков, то твой удел - играть по клубам. И это в лучшем случае, а в худшем – работать безвылазно, всю жизнь, в одном в оркестре.

Как неожиданно выяснилось, классические и джазовые музыканты пристально следят за курсами валют, отражающихся и на ценах на инструменты.

- Знаю, что в магазинах цены выросли процентов на 30 – и на музыкальные инструменты, и на аксессуары, необходимые для духовиков, - рассказывает Андрей ТУРЫГИН. - К примеру, саксофон, который в ноябре прошлого года стоил 25-26 тысяч рублей, сейчас обойдется в 34 тысячи. Поэтому кризис, конечно, повлияет на возможности детей учиться музыкальному искусству. Многие из тех, кто раньше занимался музыкой для души, непрофессионально, просто не сможет себе этого позволить. Или же будет вынужден покупать самый дешевый инструмент, плохого качества. Профессионалы не смогут «апгрейдить» инструмент. Если, конечно, своевременно не копили деньги в евро.

Кстати, на вопрос: «Можете ли Вы прямо сегодня, в случае необходимости, позволить себе купить новый инструмент?» все музыканты ответили, что на это просто нет денег.

Остановиться, оглянуться…

Между тем, музыканты видят в разразившемся финансовом кризисе и некоторые положительные аспекты.

- Моменты кризиса хороши тем, что выживает сильнейший, - считает Николай ПАНЧЕНКО. - Слабаки отсекутся, останутся самые перспективные.

До кризиса все жили по принципу: заработал деньги – нужно срочно потратить. Сейчас у людей появилась возможность подумать, может быть, даже изменить свое мировоззрение.

- Если человек носится с работы на «халтуру», с «халтуры» - на работу, то ему некогда остановиться, подумать, перевести дух, - замечает Андрей ТУРЫГИН. - осмыслить, чем и ради чего он занимается. Когда обстоятельства вынуждают человека изменить привычный график. Допустим, реализовать старые идеи, сделать то, что откладывалось на потом. В этом - определенные плюсы кризиса.

Обилие клубов – рай для музыкантов

Музыканты рассказывают, что открывшиеся в последнее годы во множестве бары, пивные рестораны, клубы – огромный поток индустрии развлечений – просто рай для музыкантов. Развлекательные заведения позволяют музыкантам играть каждый день в новом месте, и иметь неплохой заработок за неделю. В 90-е годы прошлого века все было намного сложнее.

- До конца 90-х годов вообще ничего не было, - продолжает Андрей ТУРЫГИН. – Раньше существовали только совковые рестораны, где работали совковые тети, в основном, несимпатичные, страшные. И в начале 90-х все было, как в 80-е, 70-е годы. Пара-тройка музыкантов пели на сцене под минусовку всевозможную попсу, которая нравилась публике. Зарплаты были микроскопическими, вся надежда была на парнас, то есть, когда посетители кафе заказывали песни. Благодаря этому "труженики искусства" могли заработать либо много, либо - сидеть на бобах. Позже парнас ушел в небытие, у музыкантов появились фиксированные ставки. Если немного заглянуть вглубь, то в стране нашей столько за последнее десятилетие произошло много такого, от чего мы выиграли. Многие просто выбрались из глубокой нищеты...

Как говорят музыканты, публики, которая могла бы нахамить музыкантам, с появлением клубов поубавилось, и теперь в отличие от 90-х годов музыкантом стало комфортнее.

- Это было распространено в 90-х годах, когда кругом царил бандитизм, братва, все были отвязанные, - вспоминает Николай ПАНЧЕНКО. - Сейчас вчерашние братаны либо вымерли, либо перевоплотились в мужчин с хорошими манерами. Хотя наш труд обычно ценится невысоко. А ведь даже ученые доказали, что исполнение музыки – самый интеллектуально тяжелый труд.

О чем мечтают звезды саксофона?

Андрей Турыгин мечтает записать свои музыкальные композиции, ведь программы накопилось на целых три сольных альбома. И еще хочет записать альбом классической музыки, но не оригинальных произведений для саксофона, а барочных транскрипций, то есть переложений.

- Хочется максимально сблизить, как это ни забавно будет звучать, нашу, сибирскую, саксофоновую школу с европейскими традициями, - рассказывает Андрей. - Последние несколько лет я этим упорно занимаюсь. Горжусь своим личным знакомством и почти приятельскими отношениями с Клодом Деланглем, президентом Всемирной ассоциации саксофонистов. Что бы новосибирцы не говорили о нашем городе: «Столица Сибири! Других городов просто не существует!», на самом деле одно то, что люди имеют возможность выезжать отдыхать в Европу, не делает из Новосибирска Берлина или Парижа. В плане интеллектуального потенциала и культуры у нас проблем нет. Но то, что происходит и у нас - концерты, оперные постановки, в Европе случается гораздо чаще. Как бы нам ни казалось, что здесь все кипит, по сравнению с Европой это совершенно низкий уровень.

Именно в максимальном взаимопроникновении культур, приобретении и распространении европейского опыта в нашей стране видит Андрей Турыгин свою задачу как педагога.

- Столица классического саксофона – это Париж, - отмечает музыкант. - Как в России на гитара, играют даже люди нет слуха, которые три блатных аккорда. Так же и в Париже - с саксофоном. Париж прекрасен тем, что смог в себя впитать максимум и классической, и джазовой музыки. Хочу сказать, что уровень владения инструментом среднестатистического парижского саксофониста настолько высок, что нам еще многому учиться. Что касается джаза, то в Новосибирске хорошие традиции джазовой импровизации. Уровень наших лучших музыкантов в мировом и европейском плане неплохой. Когда сюда приезжают звезды, мы можем выглядеть с ними достойно на одной сцене – это реально абсолютно. Из джазовых столиц России Новосибирск входит в тройку вместе с Москвой и Санкт-Петербургом.

А вот саксофонист Николай Панченко мечтает, как западные джазмены, кочевать по миру – с фестиваля на фестиваль, из одного клуба – в другой. Музыканта привлекает уровень мирового масштаба.

- На Западе на джазовые фестивали тратятся огромные деньги, - говорит Николай. – Там все снимается на видео, издаются DVD с живыми концертами музыкантов. В России же фестивали, как правило, местные, региональные. В лучшем случае на наши фестивали приглашают одну главную звезду – типа Бутмана.

В ближайших планах Николая Панченко – жениться на любимой девушке, воспитывать своего первого ребенка, который скоро родится, а еще окончить Сибирский институт международных отношений и регионоведения по специальности «дипломат». Хотя сам музыкант считает, что дипломатом он станет вряд ли – менталитет не тот, да и свободного времени на учебу не хватает.

Кризис прошелся по студентам

Тяжело в период кризиса приходится и студентам. К примеру, студенты Новосибирского музыкального колледжа имени Аскольда Мурова подрабатывают в клубах, на корпоративах, играют в ансамблях, поют в церковных хорах, преподают музыку в домах искусств, школах. А еще порой работают вовсе не по специальности: парни - охранниками, сторожами, девушки – промоутерами на улицах.

- Музыканты привыкли работать творчески, - рассказывает Ираида НЕКРАСОВА, заместитель директора колледжа по воспитательной работе, - поэтому стараются работать по профессии. Наших студентов часто приглашают на различные «корпоративы». Мы, конечно, не поощряем такие вещи, вроде ночных клубов, но ведь студентам нужно выживать.

Как рассказал Рустам Сагдеев, председатель студенческого совета колледжа, среди основных проблем колледжа – отсутствие общежития. В результате студенты вынуждены идти на любые подработки, чтобы снимать жилье. В то же время стипендия составляет 1100 рублей и ниже. Если вдобавок получать еще и социальную стипендию и преподавать в школе, можно заработать не больше 5 тысяч рублей. А за такие деньги жилье снимать весьма проблематично. Да и выжить непросто, но российские студенты ко всему привыкли.

- Летом я работала промоутером, - рассказывает о своих злоключениях Дарья ШАХОВА, студентка 2-го курса струнного отделения. - Работа тяжелая: нужно одно и то же говорить по сто раз, к каждому находить подход. В метро со скрипкой играла еще до кризиса, летом. Недавно прошла испытательный срок в зоомагазине, там нужно было рекламировать корма. Согласилась работать по несколько часов в день, а потом мне вдруг сказали, что там нужно стоять всю неделю по 8 часов в день, без выходных. И сказали мне «До свиданья!».

Взято из жизни

Как и где играют сейчас играют музыканты?

...Без туфель в отеле

Андрей ТУРЫГИН:- Меня нашла девушка, которая решила сделать подарок на день рождения своему мужу. Мне пришлось ехать в какой-то отель на окраине города. В небольшой комнатушке сидел счастливчик и его друзья, максимум человек десять. Помню, я вышел в носках, без туфель, там вообще все ходят без обуви - везде ковры. Поиграл полчаса – в носках и костюме. Почему-то запомнилось: то ли была дружеская, приятная атмосфера была, то ли понравилось без туфель играть.

На "носу" теплохода и "освещенном" лесу...

Михаил ЛУЦКОВ:

- Как-то мы играли прямо на носу движущегося теплохода, а однажды вообще в лесу, куда специально провели электричество, поставили колонки. Было здорово!

..."Титаник" закончился - "осадочек" остался...

Дарья ШАХОВА:

- Как-то позвали на свадьбу поиграть. Была у них такая задумка – «Титаник» сыграть на скрипке, когда начнется выкуп невесты, чтобы все красиво. В итоге мне на юбку пролили шампанское, и после «Титаника» я пошла домой.

...Для нефтяного магната на острове

Николай ПАНЧЕНКО:

- Года два назад летом мы приехали в Петербург, нас пригласили на день рождения нефтяного магната. Встретили в аэропорту, привезли на катере на островок. Заходим в гримерку, а там расписание: Екатерина Шаврина, Юрий Лоза, Александр Барыкин, Филипп Киркоров и ансамбль «Ретро», мы, то есть. Концент был под открытым небом. Чтобы ни говорили о Киркорове, мне понравилось, как он работает.