Новосибирск
Общество

Прокуратура срезала таблички о репрессированных со здания НКВД, потому что Россия тоже включила «пана Швейка»

Наш обозреватель считает, что демарш прокуратуры в Твери связан со сносом памятника маршалу Коневу в Чехии и многими другими событиями
В начале мая в Твери с бывшего здания НКВД срезали мемориальные доски

В начале мая в Твери с бывшего здания НКВД срезали мемориальные доски

Фото: www.youtube.com

В начале мая в Твери с бывшего здания НКВД срезали мемориальные доски: «В память замученных» и «Памяти поляков из лагеря Осташков, убитых НКВД Калинина».Их повесили в ноябре 1991 года и 1 июня 1992 года, когда молодое демократическое государство прыгало на растерзанном трупе советской империи, стараясь пнуть мертвого врага (СССР) еще и еще раз: проводило митинги узников НКВД, возбудило уголовное дело (!) о расстреле представителей польских карательных органов, захваченных в плен в 1939 году…

Да-да, наше государство возбудило уголовное дело против спецслужбы нашего бывшего государства, выполнявшей приказ.

Это был настоящий Нюрнбергский трибунал, только судили не фашистов – страны-победители во Второй Мировой войне, а коммунистов – победители в войне холодной.

В рамках уголовного дела заставили дать показания 88-летнего генерал-майора КГБ, в 1940 году руководившего Калининским НКВД: предупредили старика об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний, эксгумировали трупы польских пограничников и полицейских (расстреливали именно их) и всенародно каялись, ездили на установленный в лесу мемориал. Года до 2010-го ездили. В десны целовались там с поляками.

А теперь - раз – и сняли.

Тут бы поставить смайлик, да жесткие требования газетного текста не позволяют. Или попробовать?

Ну, в общем, представьте: я вам подмигиваю (с.).

Так выглядели мемориальные доски. Фото: tvernews.ru

Так выглядели мемориальные доски. Фото: tvernews.ru

Сняли таблички совершенно по-швейковски: прокуратура заявила, что адрес здания в разрешающих установку документах – какое безобразие! – не соответствует фактическому! Никак не может висеть мемориальный знак, если его вешали на дом номер 2, а потом поменяли нумерацию на «4».

И глаза такие честные-честные: «Идиот, ваша милость!»

С польскими отправленными в расход силовиками поступили еще красивее. Место приведения приговоров в исполнение и место их захоронения оказывается, не обнаружено, так что данные «польской» таблички не соответствуют действительности.

То есть, тела, да, эксгумировали. Но откуда? Никак не можем вспомнить! У нас и справка есть, выписанная господином штаб-врачом!

Я, может быть, чего-то не понимаю, но я не могу не связывать эту внезапную забывчивость со сносом в Чехии памятника маршалу Коневу ровно за месяц до тверских событий.

Да, понимаю, то поляки, а то – чехи. Очень отличаются друг от друга эти народы: Польша не пригласила Россию, освободившую Освенцим, на 70-летний и 75-летний юбилеи освобождения Освенцима, а Чехия под праздничек снесла памятник маршалу-освободителю.

Да еще поиздевалась: «Снесли, потому что он был без маски», - заявление муниципального депутата, якобы принявшего решение (президент Чехии и мэр Праги здесь не при чем, что вы!).

До степени неразличимости, короче.

Я, честно, не обратила бы внимания на снос табличек по предписанию прокуратуры (ну, мало ли у нас в стране боданий на исторической почве), если бы не возмущенное открытое письмо академиков. Без малого 70 членов РАН заявили, что демонтаж является «попыткой оправдать и предать забвению преступления сталинского режима»!

«Появление этих досок некогда было знаком того, что и государство, и общество признает полную преступность сталинского режима... Но нет сейчас это явный знак имперского и государственного подхода, когда хотят отменить все преступления режима, считают, что невинных жертв не было», — высказался доктор филологических наук Федор Успенский, один из подписантов.

И здесь, конечно, возмущение зашкаливает.

Уж сколько лет прошло с антисоветской вакханалии 91-го.

Уже и Главная военная прокуратура, ГВП РФ, исследовала дела репрессированных в СССР, и официально заявила, что две трети из них считает обоснованными.

И «Комсомолка» изучала дело расстрелянного за шпионаж в пользу Японии крестьянина Степана Карагодина: его опрометчиво вывалил в сеть неумный потомок Денис Карагодин, мол, дед пострадал невинно, давайте бить потомков палачей…

Дед оказался таким матерым антисоветчиком и участником восстаний против советской власти, что справка о реабилитации, выданная семье в 50-х, стала выглядеть очень бледно. Как и потомок, подставивший дедушку.

И ничего этого академики не заметил! Ни Конева, ни Карагодина!

Они сражаются за историческую правду, как ее понимали в 91-м году, и проповедуют: «Если мы осуждаем искаженные трактовки событий Второй мировой войны в высказываниях зарубежных политиков, то тем более Россия не может подавать пример искажения и отрицания исторических фактов»…

То есть, нас бьют, а мы никак не можем отплатить той же монетой. Ловко. Браво, академики.

Я думаю, никакие особенные доски на здании нынешнего медуниверситета в Твери не нужны, кроме одной: «Здесь было НКВД».

Вменяемые люди прочитают и поймут: внутри, как в любом силовом ведомстве, происходили разные вещи.

И неправосудные. И правосудные.

Правосудных – больше (см. заявление ГВП).

А покаянные таблички, так уж получилось, воспринимаются сейчас как оскорбление. Наше российское государство ни словом не реабилитировало сталинский режим, но общество само отторгло от себя покаяние 90-х, как струпья при кожной болезни.

Люди больше не чувствуют себя побежденными. В этом проблема.