Новосибирск
Общество

Записки затворника на карантине: Четырнадцать дней одиночества. Каково это — выжить с короной в деревне

Получив положительный тест на COVID-19, спецкор kp.ru Дмитрий Стешин решил вести дневник, фиксируя все перемены в организме и вокруг себя
Дмитрий Стешин отправился на коронавирусный карантин на природу, в свой загородный купольный дом.

Дмитрий Стешин отправился на коронавирусный карантин на природу, в свой загородный купольный дом.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Ровно неделю назад я вернулся из короткой командировки в Сирию. Летал военным бортом, поэтому на подмосковном аэродроме Чкаловский меня встретила толпа военных врачей в белых непорочных скафандрах. Врачи взяли у меня все положенные анализы. И… нашли чертов ковид.

К счастью, ровно год назад, я построил купольный дом (читайте об этом в статье «Как я перезимовал под куполом»). Возможно, сработало предчувствие. И весной, в карантин «первой волны», мы не маялись в квартире, а жили на природе.

Теперь пришла «вторая волна». Да еще и тест «положительный». Место для карантина выбирать не пришлось.

Как приходится жить одному, отшельником, вдали от цивилизации?

А вот как.

Первый день затвора:

Черные вести. Жена оставила у двери витамины, сосиски и сыр

Первый раз в жизни взял с собой в командировку странный набор: черный костюм похоронного распорядителя, сорочку, востроносые туфли "Ллойдс", каску и бронежилет. Костюм давил, хватал за горло, от бронежилета я потел при переноске своей сумки. Днем в Сирии еще +30, но скоро станет очень холодно, причем за пару дней, без раскачки. Повода показать бронежилету Сирию так и не нашлось. Подумал еще, что такая эклектика не к добру.

Печально знаменитый Уханьский вирус был подхвачен во время очередной командировки в Сирию.

Печально знаменитый Уханьский вирус был подхвачен во время очередной командировки в Сирию.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

В Чкаловском просто так на Родину меня не пустили. Пришлось заполнить анкету потенциального вирусоносителя и сдавать тесты. Когда заполнял графу "место вашей самоизоляции", сзади, под правую руку подошел мой добрый Ангел, легонько толкнул меня и я вписал адрес своей деревеньки. Куда и уехал незамедлительно, лишь ополоснув дорожную пыль с чела и чресел.

Встреча пассажиров сирийского спецрейса в Чкаловском.

Встреча пассажиров сирийского спецрейса в Чкаловском.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Воскресенье текло своим чередом. Слушали с дочкой треш-метал, группу "Sodom", альбом Agent Orange. Разумеется, после лекции про события во Вьетнаме. Дополнительно пришлось объяснять, за кого там была наша страна. Такого музона дочка, конечно, не слыхала в свои восемь лет.

На фоне современного кукареканья и лопотания, трэш выглядел монументально, как Токката ре минор против Монеточки. Нет шансов против стариковской музыки и, раздухарившись, я тоже отчебучил пару зажигательных па, а после все забились в жестоком краковяке...

Затем я завел бензопилу и быстро ободрал павшую березу. Ее уже начали подъедать и растаскивать местные бобры. Вся трава вокруг была в бобриных тропах, аккуратно укатанных тяжелыми чешуйчатыми хвостами.

Для порядка прокатил на "Скауте -4" по округе - патрулировал местность и не встретил никого. С лицом, пропустившим десяток звонких пощечин от встречного ветра, пил чай в куполе... и тут зазвонил телефон. Дамский голос вкрадчиво спросил:

- Дмитрий, как вы себя чувствуете?

- Отлично, забавляюсь с бензопилой, сейчас на вездеходе катался...

- У вас положительная реакция на ковид. Значит, бессимптомно протекает, ага...

И тут все завертелось. Забился раненым зверьком в угол. Жена побросала дочку и вещи в машину. Вздыхала, надрывала мне сердце. Сгоняла за 20 км. в аптеку и магазин. Купила витаминов D и B, иммуннал, бромгексин.

Пачку масла, сметану, пачку сосисок, сыр простой и сыр "Фета", колбасу в нарезке, хлеб, помидоры. Лоток эклеров и пакет "ряженки".

Прощались воздушными поцелуями. Я суетливо открывал ворота, и щеколда звенела, как кандалы прокаженного каторжника. В сетке рабица осенний лютый ветерок тихо насвистывал песню "Дети хоронят коня".

Вечером включил подсветку подиума и обошел периметр, строго посвечивая фонарем по черным кустам. Внизу, у речки, вздрогнул от испуга бобер и, судя по звукам, упал в воду. Подумал еще: "надо фотоловушку поставить наконец-то, ага, теперь время найду". Замки на многочисленных калитках и воротах (всего пять) лоснились в свете фонаря от машинного масла. Все было готово к зиме и моему затвору.

Второй день затвора:

Электронный концлагерь — тушенка, дрова и «легенда СССР»

Разбудило смс-сообщение. Пришел файлик с моей справкой. Ворота электронного концлагеря заскрипели. Я не стал пока в них заглядывать. Надел серые калоши на теплые носки и вышел на подиум. Калоши были мемориальные. Не каждые калоши могут похвастать, что проплыли 3500 км от Селижарово до Астрахани на борту надувной лодки "Карасик" в рамках "Экспедиции КП". Сколько раз мы в этих галошах чалили и буксировали наши лодку, высаживаясь на неведомых берегах...

Зябко поеживаясь, я осмотрел окрестности. Озимые на полях нелогично зеленели. Тучи зависли и показывали брюшки, тусклые, как у дохлой рыбешки. Прилетела сорока. Каждое утро она прилетает поздороваться - с марта. Ничего блестящего не воровала никогда. Это честная сорока, не крыса – у своих не ворует.

Сделал шесть упражнений для легких (вычитал в инете) и мягкой трусцой пробежался вдоль забора поместья - почти 0,5 га, есть где побегать. Я на "Скауте" иногда даже не выезжаю за ограду, ношусь прямо у дома, трек проложил. Никаких изменений в самочувствии пока не обнаружил.

За рулем "Скаута" и на фоне купольного дома.

За рулем "Скаута" и на фоне купольного дома.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Зашел в сарайку осмотреть запасы. Литров 7 бензина для пилы и "Скаута". Два баллона газа для портативной горелки - итого, литр газа. Можно стадо быков сварить. Дюжина толстых свечей. Масло для цепи пилы и двухтактного двигателя. И еще много-много всякого добра.

Два раза в последний год я подозревал и даже ждал какой-то форс-мажор. Поэтому лихорадочно построился ровно 12 месяцев назад, а весной-летом, на карантине и после, закончил обустройство. Припасы не расходовал зря и даже продолжал накапливать их, но без фанатизма, без придыхания.

Скинул крышки с пластиковых контейнеров - в одном, на 70 литров, как говорят на Донбассе - "закрутки" или "закатки" и растительные консервы - фасоль, горох, кукуруза. И варенье всякое, малиновое тоже есть.

В контейнере на 40 литров, два десятка банок тушенки не дешевле 150 руб., (единственный внятный критерий качества, все остальное лотерея). Несколько банок тушенки в стекле. Рыбные консервы. Тоже два десятка. Сгущенка и концентрированное молоко.

Внушительные запасы тушенки и прочей снеди.

Внушительные запасы тушенки и прочей снеди.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Дрова есть и можно заготовить. Есть соки-лимонады, чаи, крупы и макароны - их храню в куполе на нижних полках буфета. Рачительно подъедая все это добро, можно продержаться пару месяцев. Курить придется бросить.

В целом успокоенный, я пришел к воротам электронного концлагеря. На Госуслугах заполнил анкету самоизолировавшегося, "сам на себя настучал", как пишут якобинцы интернета. Получил номер - шестерок в нем не было, ни одной.

Даже на карантине начальство не оставляет нас своими молитвами. Написал заметку о выборах в Молдавии... Первый день только начинался. Можно было заняться хозяйством.

Передвижение почтенного домобоярина по своим владениям - это постоянное "устранение замечаний". Тут выглянул из травы электрод - строители забора обронили прошлой осенью. Там споткнулся о кочку. Сходил за лопатой и тачкой, кочку срезал и отвез землю на хольцеровские грядки. Только через такую совокупность малых дел достигается критерий "справное хозяйство". Натурально щепку к щепке слезой приклеиваешь.

К ночи обещали -7, поэтому нужно было осмотреть колодец о 16 кольцах. Укоротил шланг, чтобы держать его в колодезном домике - там дышали теплом подземные воды. На тросе, уходящем вниз у меня, висит насос типа "Сверчок", а вот с электропроводом у меня случилась беда - он попал на ось колодезного ворота и его пожамкало и перетерло. Принес газовую горелку, термоусадочный кембрик и легенду СССР - синюю изоленту. Чисто для ностальгического антуража, грел изоленту на груди, как последнюю гранату перед атакой. Все сделал-починил, наполнил канистры водой.

Интерьер купольного дома.

Интерьер купольного дома.

Фото: Иван МАКЕЕВ

Отогреваясь, как выражался Эдуард Лимонов, - "контактировал по телефону" друзей, живущих поодаль. Нас на краю деревни три семьи, и все земли вокруг принадлежат нашей общине. Есть между нами и негласный договор - во всем помогать друг другу и присматривать зорко за территориями нашего СНТ "Аутист". Договор выполняется и общинность, общность в делах, которой мы лишены в городах, несколько согревает сердце в наших широтах.

Сосед, с которым я вел телефонный разговор, уже был в курсе моих затруднений. И у него имелся свой взгляд на происходящее:

- Дима, пойми, вирус живет под одеялом, в ворохе сальных подушек. А питается твоим страхом...

- ... и нашими не сбывшимися надеждами и мечтами, - я улучил момент и на секунду вклинился в этот пассаж.

- Да! Поэтому я топлю баню и замачиваю эвкалиптовый веник. Вирус должен *** тебя! Я затапливаю!

Спорить с этим было невозможно. Да и что мешало мне проверить - убьет ли русская баня коронавирус во мне? Что я уже теряю?

В обед растопил печь в куполе. У меня "длительного горения", фирма "Термофор" - "Огонь-батарея 5". Все очень аккуратно сделано, все продумано, за 12 месяцев не выявил никаких косяков, кроме трудности управления. Оно интуитивно и зависит от множества факторов. Достигнув уровня, "мастер", ты держишь горение одной закладки до четырех часов. Семь-восемь, как в инструкции - маленькая ложь во имя маркетинга.

Позвонил эксперту Института стран СНГ, взял развернутый комментарий по выборам в Молдавии. Всего два вопроса: "почему?" и коронный - "что делать?". Расшифровал, отправил куда следует вместе с аудиофайлом для радио. Поправил один небольшой текст.

В 16.30 я сидел на полке в парной, и пот брызгал сквозь медицинскую маску прямо на раскаленные камни. Шутка.

Баня было прожарена, как я говорю - "120 под лавкой".

Испытал катарсис, когда в кромешной тишине шел к своему куполу по узенькой тропке, пробитой по вековым травам, не кошенным со времен сотворения мира...Единственный, но налитый кровью глаз Венеры строго смотрел на меня сквозь ошметки облаков, порванных ветром. Предзимье уже хрустело под галошами.

Вожусь в сарайке, перекладываю дрова. Включаю в сеть умывальник и мою посуду. Ношу дрова. На ночь - 12 граненых топливных брикетов-карандашей.

Заготовка стратегически важного топлива, проще говоря - дров.

Заготовка стратегически важного топлива, проще говоря - дров.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Обхожу территорию по периметру. Брякаю своей увесистой связкой ключей. Брякаю как-то по-особенному, купечески-лабазно. На одном дружеском хуторе взлаивают, на другом - гогочут гуси. Реально, гусь средней полосы в десять раз лучше китайского датчика движения из "Леруа". Проверено.

Самочувствие без изменений. Пора спать.

Третий день затвора:

Баня и «охота на бобров»

Разбудил ветер, с шипением обтекавший купол. Ветру не во что упереться, поэтому моя самонесущая конструкция выдерживает порывы до 30-40 метров в секунду.

В купол ветер не проникал. Ночью работали только теплые полы, выставленные на 26 градусов, да тихо остывала печка, набитая отборными корягами. Я ее сразу же затопил утром, разгуливая по куполу в трусах, босыми ногами по теплому полу.

Печка блестяще справляется со своей задачей. В доме тепло.

Печка блестяще справляется со своей задачей. В доме тепло.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Баня прочистила легкие, исчез какой-то остаточный насморк. "Баня против КОВИДа" - в этом есть логика. Вирус погибает после 50 градусов. Вчера в бане было 90-95 на протяжении часа. От меня можно было прикуривать. Какой там вирус... Надо патентовать способ.

Вышел на подиум, как на мостик, с морским биноклем в руке. "Морской" бинокль был приобретен в одном из самых сухопутных городов мира после Улан-Батора, в городе Эрбиль, столице славного квазигосударства Курдистан. Квази, потому что на дверях парламента Курдистана висит замок, кто управляет страной непонятно, но все ездят на новых "Патрулях", "Мерседесах" или "Круизерах". Я не утрирую.

Бинокль стоил 25 баксов и продавался в огромном магазине с армейским барахлом разной степени поношенности, иногда и новым. В том же магазине продавали AR15 "Бушмайстер" и пожилые курды их покупали зачем-то. Я тоже зачем-то купил морской бинокль в центре пустыни и отвез чуть ли не в Мангазею, если смотреть из Курдистана.

По краю лесополосы прошли шесть кабанчиков-сеголетков. Птицы из-за шквального ветра попрятались. Пролетел легкомоторный самолет - в 11 утра в Питер, в 17 идет обратно. Мой купол у него ориентир, хотя, какой смысл в эпоху GPS?

Время до полудня тянулось как волос из супа. Потом поскакало галопом. Самый верный путь к выздоровлению - самоотверженный труд.

Опомнился, когда солнце покатилось по верхушкам деревьев. Напевая под нос: "идет охота на бобров! идет охотА! на серых хищников веселых и смешных!"...снарядил фотоловушку 8 батарейками. Выставил режимы фото+видео и прочее. Спустился к реке и над самым жирным перекрестком бобриных дорог укрепил аппарат.

Установка фотоловушки.

Установка фотоловушки.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Неслыханной силы воли мне стоило не сходить за флешкой через два часа - посмотреть, снялись ли бобры? Но самодисциплина задавила эти импульсы.

Больше всего не люблю, когда двери и калитки "как на кладбище в Тампере - круглый год нараспашку". Жена моя Юлия Петровна как-то призналась, что не ожидала, что я пойду в ночной обход в натуральную бурю. А там калитка была не закрыта на швабру... Пора спать, ловись, бобер!

Четвертый день затвора:

"Тайник старухи", филиал ада и шапито жадности

На ночь выключил теплые полы по странной самоистязательной прихоти, от того проснулся утром от холодка. Лысая голова мерзла, но тушка угрелась под тремя восхитительно мягкими и ласковыми одеяльцами - теплыми, но с прохладными краешками и уголками. Их можно трогать ногой, наматывать на ступню и ощущать границу комфорта. Сразу просыпаешься.

Самочувствие не изменилось. Пью витамины А, B, D и иммуннал.

Пошел узнать "чо там у бобров?", снял фотоловушку. Как водится, с первого раза не получилось. Настроил камеру так, что она каждые 15 минут писала ролик и делала три снимка (ролик прилагается). А главное - бобров не было. Просмотрел все. Ветер свищет зловеще и мотается трава. Ледок на заберегах был не тронут - бобры решили пересидеть эту лютую ночь в своих хатках. Мы прекрасно поняли друг друга. Теперь я смещусь выше по течению, там плотин восемь-десять бобриных, "бобротаун" мы это местечко называем. Двести метров от купола. Недалеко. Воткну палку в плотину, а на нее фотоловушку. Завтра обещали привезти новых восемь батареек, аппарат за ночь работы высадил комплект! У меня батарейки были, но чуть ли не все разные - и солевые, и алкалиновые, мешать их в одном приборе не стоило.

Интерьер купольного дома.

Интерьер купольного дома.

Фото: Иван МАКЕЕВ

Днем взял пилу и пошел заготавливать дрова. В высокой траве обнаружил штабель бревен. Это были деревья, вырубленные на участке старухи. Просто старухи. Деревья около трех лет пролежали таким штабелем и где-то подгнили, а где-то наоборот, высохли до звона, и я тут же начал делать из них дрова, помянув старуху тихим, незлобивым матерным словом. Тут, конечно, нужно рассказать о моей бывшей соседке.

Когда мы покупали участок, на котором стоит купол, мы растекались кисельными мечтами: "вот найдем хозяев, выкупим еще один надел и будет у нас свой выход к реке...". Ага. Разумеется, как только мы оформили документы на свою заросшую бурьяном и лесом землю, у доселе заброшенного соседнего участка внезапно объявилась хозяйка и начала там активную, но по-старушечьи бестолковую хозяйственную деятельность. Мы сразу же подключились к переговорам о приобретении сего земельного надела, который был явно в тягость собственнику. Цену за участок она объявила, как если бы он находился у Волги под Конаково, на первой линии с личным причалом. Пытались торговаться. Участки продаются в моей деревне, а так как на 2012 год в ней было «0» постоянно живущих местных жителей, особого ажиотажа не наблюдается. Пытался торговаться, старуха была непреклонна. Два года, гостя у друзей, я наблюдал с банной веранды за соседкой и сердце мое кололи стальные иглы и кровь закипала в жилах... Три раза она соглашалась продать нам участок и три раза передумывала. В крайний раз - за день до сделки, выпив из меня литр крови. Мой участок, моя земля, моя кровиночка, морально обесценивался из-за внезапного появления соседки и ее инфернального присутствия на местности. Из-за старухи под боком, мой надел феодала-вольного хуторянина на "землях ЛПХ", автоматически превращался в садоводство "Пупышево", филиал ада на земле. И сделать я ничего не мог. Это старухина земля, ее собственность, а не хочет продавать - ее право. Но самое обидное, что земля старухе была не нужна, она за три года даже забор из палок не поставила. А нужно ей было только бабло, много. Так много, что она даже выразить словами не могла, а торг начинала с дерзких слов: «Удивите меня!».

Друзья, видя мои муки, призывали отнестись к происходящему:

а) По-буддийски, просто созерцая несовершенство мира.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

б) Прислушаться к святоотеческому преданию и развивать в себе не просто смирение, но радость духовную от того, что Господь послал тебе такое испытание. При этом, строго следить, чтобы духовный малый подвиг не превратился в гордыню.

В общем, мне было чем заняться в духовном плане. Друзья советовали правильно, они уже купили больше десятка соседних участков и чем-то удивить их было решительно невозможно. Они много раз видели эту клоунаду, все это анальное шапито жадности и вероломства, когда при появлении первого покупателя за десять лет, на бросовой, заросшей осинником суглинистой земле, вдруг начинали бить нефтяные фонтаны и открывались Копи царя Соломона. Минимум год требовался для приведения такого негоцианта к рыночной адекватности. Случались и другие варианты, например, исчезновение продавцов за день до сделки на пару лет или внезапное изменение цены со словами: "А нам на ремонт не хватает!". И смотрит так дерзко, руки-в-боки.

Друзья призывали ждать созревания старухи, и я ждал. Земля моя так и стояла заросшая.

Но, ровно года назад, в сентябре, голос в моей голове шепнул: "Быстро начал строиться, еще успеешь". Сработали какие-то неосознанные предчувствия-обереги. Я психанул, воткнул между собой и старухой 50 метров забора из профнастила высотой два с половиной метра. Начал строиться. В ноябре мы уже ночевали в куполе.

Поэтому, весной, во время карантина, мы вышли из квартиры и уехали в деревню, на свою землю. Но старуху тоже посадили на карантин! Она завела себе вредную привычку заявляться на свой надел ровно в два часа дня и заезжать туда прямо на машине. Раньше она так не делала, пока я не сделал дорогу, отсыпав гравием почти двести метров колеи. Бог с ней, я не ждал благодарностей, все-таки я дорогу делал за себя.

Прокладка гравийной дороги.

Прокладка гравийной дороги.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Результат мытарств.

Результат мытарств.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Но заездом на участок вредные привычки старухи не ограничивались. Едва приехав, она тут же включала в своем гадюшнике на колесиках радио "Юмор ФМ" и какую-то музыкально-попсовую дрянь попеременно.

Это была очередная ступень земных мытарств. Потому что сразу после пиявок я ненавижу идиотов, приезжающих на природу "слушать музон". А у нас, как вы поняли, там природа. Цапли, семейство соколов, уточки. Бобры опционально. Мне кажется, причина такого девиантного поведения кроется в том, что человек в городе живет в постоянном "шумовом загрязнении". Это настолько ему привычно, что, оказавшись в тишине, он тут же испытывает панику. И пытается эту тишину убить.

Первым благородным порывом было отплатить соседке той же монетой во сто крат. В куполе у меня стоят две колонки Koss 1983 года выпуска, каждая по 13 кило весом и усилитель Philips 305 сделанный в год московской Олимпиады. Разумеется, мы бы подавили старуху аппаратом, который, кстати, я никогда не слушал при ней. Из врожденной деликатности. Я уже представил плей-лист: начнем с Bauhaus, я молодости от него чуть не завернулся, потом Тимур Муцараев - хиты...

В купольном доме стоят две колонки Koss 1983 года выпуска, каждая по 13 кило весом и усилитель Philips 305 сделанный в год московской Олимпиады

В купольном доме стоят две колонки Koss 1983 года выпуска, каждая по 13 кило весом и усилитель Philips 305 сделанный в год московской Олимпиады

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Но в этот момент я понял - нет. Не так. Не спортивно. Тупо. За две тысячи рублей на "Авито" был приобретен "Шумогенератор автономный Ш1". Он давил все в диапазоне от 5 до 500 МГц. От него даже микроволновки работали с перебоями, а светодиодные лампы сами по себе светились призрачным, неземным светом. Детище ВПК начала 90-х годов, настоящее эхо серого величия Советской Империи в материально-техническом воплощении.

...я вытянул длиннющую телескопическую антенну и воткнул прибор в розетку. Все техногенное смолкло. Слышно было, как старуха бегает вокруг машины и в панике хлопает дверями. Цапля благодарно положила яйцо в кладку.

Через неделю старуха предложила купить ее участок. Я с каменным лицом разрешил ей съехать только через два месяца - она хотела убрать урожай морквы и увезти с собой пару трахомных яблонек-трехлеток. Я не возражал. Злые пульсы утихли, я весь светился внутри.

Потом я убирал старый глухой забор из профнастила. Это было похоже на промывание древнего образа льняным маслом. Горизонт распахнулся. Мастера поставили новый забор из сетки, а я еще долго выкидывал разный старушечий хлам. Место своего недолгого пребывания она превратила в натуральную помойку. Например, я половину дня носил листы фанеры 2х2 метра, на место их будущего сожжения. Я носил и носил, а фанера все не кончалась, и даже, кажется, прибавлялась в стопке... Кривая фанера, распухшая от дождей, частично гнилая, вся в мелких гвоздиках и занозах. В голове билась одна мысль: «как она смогла натащить столько мусора?". Зачем фанера нужна была старухе в таком количестве, что она хотела из нее построить, мы никогда уже не узнаем. Вечером весь СНТ "Аутист", включая дежурно-патрульных собак, собрался посмотреть на гигантский мусорный костер и принять деятельное участие в избавлении от старушечьего духа и очищении огнем новых угодий. В траве на бывшем старухином участке я подобрал палку от швабры, показал всем и бросил ее в огонь. Кто-то из нашего СНТ, жмурясь от жаркого фанерного пламени, заметил:

- На этой швабре старуха летала по ночам над деревней!

Все заржали. Через час сломался семейный любимец мотовездеход "Скаут-4", потом, сразу же, сломалась машина Юлии Петровны, а на сладкое вырубили свет на 12 часов. Изгнанный злой дух нанес последний удар.

Интерьер купольного дома.

Интерьер купольного дома.

Фото: Иван МАКЕЕВ

Я вонзился бензопилой в первое бревно из "тайника старухи", пилил его и не ощущал никакого злого колдовства. Земля эта стала привязана ко мне, а я к ней.

Вечером, часов в семь, пошел "ледяной дождь". Кинулся, поставил все что можно на зарядку. Сходил с фонарем - проверил провода - снег налип, но не так много. Впрочем, и снег продолжает идти...

Пятый день затвора:

Ледяная напасть под куполом цирка

Два раза выдувало тапочки из тамбура: они скользили по ледяной глазури подиума, разгонялись и срывались в полет. Утром, все предметы на улице имели второй контур из тонкой ледяной корки. Купол обмерз, как дирижабль «Нобиле» или шар «Орел» экспедиции Андрэ. Ко всей этой ледяной напасти прилагался ветер – шумел грозно пустыми ветками деревьев. Конечно, же, в районе часа провода оборвало, причем глобально, не в нашей деревне.

Обмерзание купола по итогам ледяного дождя.

Обмерзание купола по итогам ледяного дождя.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Очень интересно наблюдать отключение от цивилизации. Связь сразу же из LTE превращается в 3G, а через 30-40 минут, когда сядут аккумуляторы, останется только E.

Прибежал сосед. У него не запустился генератор после отключения света, а управление котлом на электричестве. Пока он запитал все это добро по резервной схеме: запустил дизельный джип и подключил к нему инвертор на 220 в. Я выдал соседу новую свечу зажигания. Сам же растопил как следует печку и занялся подготовкой купола к зиме. Мне не нравилось, как было заделано панорамное окно… Провозился весь блэкаут, но сделал все аккуратно, для себя.

Озимые на полях чуть припорошило первым снежком, хотя в ближайшие дни он стает. По краю поля прошла семейная пара пенсионного возраста о двух кобельках: один совсем лядащий, плюнуть некуда – меньше кошки, а другой средний, никакой породы. На поле ветер вообще валил с ног, пенсионеры прошли метров сто, потом развернулись и бросились в лес, под его спасительную защиту.

Чуть ли не около пяти часов стемнело. Дали электричество в вены-провода. Поужинал. Сосиски, накрытые сыром и прошедшие микроволновку. Гарнир – свекольная икра, кабачковая икра, квашеная капуста. Заварной ржаной хлеб и крепкий чай с медом и сиропом шиповника.

Жена моя Юлия Петровна очень трогательно оставила на грядке зайкам и сорокам два вилка капусты, а рядом положила две отборные моркови на кружевной салфетке. Про салфетку – шутка.

Завтра привезут батарейки, и я поставлю фотоловушку. Слушаю радиоприемник «Радио Бухарест», на MW. Ветер гудит, МЧС присылает сурово-отеческие смс-ки. Но мне не страшно.

Шестой день затвора:

«Путь самурая на хуторе Гримпен»

Все засыпал легкий снежок, заштукатурил родную землю, все ее неприглядности и изъяны. Скачет с нуля на минус, бродят серые туманы такими ватными пирогами, ветер стих.

Проснулся утром, оценил самочувствие, выпил набор витаминов. Сделал зарядку. Позавтракал тремя чашками крепкого черного чая со сливками. На три чашки – 150 мл.сливок. С удивлением узнал, что много лет инстинктивно и малоосознанно соблюдаю рекомендации одного американского нейрофизиолога японского происхождения. По его мнению, нужно устраивать себе 16 часов жизни без еды – в таком цикле мозг работает на полную. У меня так и получается. Ужинаю часов в 20.00, а первый полноценный прием пищи не раньше 13.00 следующего дня.

Упростил себе жизнь сразу же, централизованно, заготовив натуральную охапку растопки из сухой березы. Печь могу затапливать с закрытыми глазами в пять-семь движений. В этом году совсем обленился: вместо того, чтобы выкладывать в печке скаутско-пионерский шалаш, просто пихаю в разнобой бумагу и растопку и запаливаю все это добро от газовой паяльной лампы.

Приехала Юлия Петровна, привезла продуктов, немудрящих лекарств, трубочного табака, шмат сала и батарейки для фотоловушки.

С ловушкой мы отправились в самое логово бобров, «боброполис» или «бобросити».

С ловушкой мы отправились в самое логово бобров, «боброполис» или «бобросити».

Фото: Дмитрий СТЕШИН

С ловушкой мы отправились в самое логово бобров, «боброполис» или «бобросити». В нашу речушку под прямым углом впадает достаточно бодрый ручей, текущий с таким хорошим уклоном. И вот этот «Т»-образный перекресток бобры перекрыли множеством плотин. Пойму затопило и получилось огромная заводь-водохранилище и перелетные птицы осенью используют ее как место парковки, типа стоянки дальнобоев на трассе: тут можно и душик принять, и поужинать типа «домашним», и выспаться. Потом продолжить дальний путь… В прошлом октябре я на этой заводи поднял уток 50, не преувеличиваю. Они взлетали и взлетали, пока я не плюнул и не ушел.

Вот там, на бобровой плотине, обеспечивающей перепад высот в метра 1,5-2, мы и поставили свой коварный прибор. Долго искали место. Замерзли и вымокли – влажный снег шел, не переставая, и отогреться после этого живым, дровяным теплом – верх блаженства. С трубкой и кружкой черного чая, в котором столовая ложка меда, ложка сиропа шиповника и пробка бальзама «Бугульма».

В нашу речушку под прямым углом впадает достаточно бодрый ручей, текущий с таким хорошим уклоном. И вот этот «Т»-образный перекресток бобры перекрыли множеством плотин.

В нашу речушку под прямым углом впадает достаточно бодрый ручей, текущий с таким хорошим уклоном. И вот этот «Т»-образный перекресток бобры перекрыли множеством плотин.

Фото: Дмитрий СТЕШИН

Завтра к соседям приезжают достраивать их поместье Гримпен два местных парня – Паша и Денис. Золотые руки нашей деревни. Мастера-демиурги во все эпохи на вес золота, а посему ангажемент у Паши с Денисом, как у Моргенштерна. Я второй в очереди после соседей. Мне нужно исправлять конструктивную недоработку купола, нужен хороший и большой тамбур. С утепленным полом. Дверями-стеклопакетами на обе стороны и т.д. Потому что когда из куцего, полуоткрытого штатного тамбура выдувает галоши, это никуда не годится. Прошлый год мы пережили отсутствие сеней на волне эйфории от купола, но в этом мы решили исправить и доделать.

Думаю, стоит рассказать про моих соседей с хутора Гримпен, до него от купола метров 200 по прямой, а между нами малинник, десяток берез, елок и осин. Строиться мы начали одновременно, в октябре. Но в Гримпене концепт был другой. «Начните жить прямо сейчас! Модуль-дубль-бубль-дом! За два дня!». Ок. Красиво было только на картинке на сайте. В реале, привезли четыре бытовки, построенные по принципу «холодной ноги» - «обуви для покойников». В бытовках был деформированный оргалит, ползущая вниз под воздействием гравитации минвата-утеплитель и там, где она сползла – виноградные гроздья капель-конденсата. Электрики с сертификатами и допусками отказались подключать квадро-дом к сети, как они сказали - «брать грех на душу».

И совсем финиш настал, когда началась погода, как сегодня – ночью минус, утром – плюс. Щели в плоских крышах бытовок за три-четыре цикла заморозки-разморозки просто разорвало. Ночью трещал лед, утром из дырок лило на груду вещей, перевезенных из съемной городской квартиры. И отступать соседям было некуда.

Как известно, у самурая нет цели, есть только путь. Хутор «Гримпен» это продемонстрировал – свою непреклонную волю. Были заказаны и привезены шесть стальных-арок-ферм и установлены на крышу этих четырех текущих бытовок. Арки закрыли профнастилом и утеплили изнутри напыляемым пенополистиролом. Проложили подсветку и зашили сверху вагонкой, но с таким в 0,5 см шагом, модная тема. Вагонку выкрасили в цвет «прованс» или «интенсивная мышь». Получился лофт. Поставили панорамные окна. Летом, Паша и Денис опоясали дом верандой-подиумом, частично крытой, теплой – там будет котельная и мастерская+оранжерея. Сделали балкон-лоджию на втором этаже. Изначально скромный проект уже напоминает техногенный сторожевой замок на фронтире, замок, в котором живут шагающие роботы… Это был выход с честью из затруднительной ситуации.

А мне завтра нужно будет провести переговоры с Денисом и Пашей, набросать чертеж входного шлюза и что-то уже начать закупать. Например, тот же поликарбонат для окон… Через неделю демиурги закончат у соседей и начнут у меня, очень на это надеюсь и уповаю.

Загрузил печь суковатыми осиновыми стволиками и березой. Выставил сразу же режим «сухой возгонки» или пиролиза. Часа на три хватит. У собак из трех далеких деревень перекличка-воют друг другу. Пора спать, до завтра.

О седьмом дне можно прочитать тут.

Продолжение следует...