
17 февраля Сергей Шулепин катил на фуре в родной Новосибирск. Командировка в Кемеровскую область подходила к концу. На часах не было еще и полудня, а до «финиша» оставалось каких-то полторы сотни километров.
Езда была не в тягость. Развлекал непринужденной болтовней Николай (мужчины вместе работали в фирме «Стиллайн», сменяя друг друга за рулем), погода была хорошей, а трасса практически пустынной. В Промышленновском районе, казалось, самолеты встречались чаще, чем автомобили. Рядом - спортивный аэродром Танай, так что крылатых машин - уйма.
Сергей вел порожнюю Volvo как раз мимо взлетно-посадочной полосы, когда боковым зрением увидел очередной самолет. Он как раз шел на посадку и должен был пересечь трассу. Вдруг - оглушительный скрежет!
Крыша кабины моментально смялась под давлением чего-то тяжелого, а машину толкнуло с такой силой, что Сергей ударился об руль. Выжав педаль тормоза, он заметил, что сосед схватился за голову – было видно, что его сильно шибануло просевшим потолком кабины. А за окном вновь раздался скрежет - рядом с грузовиком рухнул самолет.

Уже поздно вечером Министерство чрезвычайных ситуаций лаконично опишет ситуацию:
«В Главное управление МЧС России по Кемеровской области поступила информация о происшествии на трассе в Промышленновском районе. При заходе на посадку самолет Л-410 (воздушное судно принадлежит областному оборонно-спортивному обществу), в условиях плохой видимости, задел своими шасси кабину стоявшего на трассе грузового автомобиля «Вольво».
После аварии мужики сразу стали звонить начальству, к ним выехал замдиректора фирмы. Но раньше, конечно, примчались работники аэродрома и предложили замять дело.
- Подъезжали к водителю с пассажиром люди аэродрома «Танай». Сказали никого не вызывать. Ни ГАИ, ничего, - пересказывает ситуацию заместитель директора фирмы «Стиллайн» Сергей Николаевич (мужчина предпочел не называть своей фамилии).
Кто знает, может быть, и, действительно, гаишникам не суждено было узнать о происшествии. Но свою роль сыграл злой рок: пока фура стояла на трассе, на нее налетел еще и микроавтобус. Да так сильно, что одну из пассажирок автобуса выбросило в окно.

- Я даже не знаю, везет нам или нет, - говорит Николай, пассажир Volvo. - С одной стороны - авария за аварией, с другой стороны, мы до сих пор живы. В ДТП с микроавтобусом больше всех пострадала пассажирка. Женщина вылетела через лобовое стекло, очень много было крови... А водитель так и не смог объяснить, почему он врезался в нашу фуру, стоявшую на обочине.
Женщина, к счастью, выжила, но обойтись без полиции уже не представлялось возможным. А прежде, чем инспектора ГИБДД приехали и стали составлять протокол, самолет просто «исчез». Проворные авиаторы пригнали грузовик и отбуксировали судно, лежавшее до этого на «пузе».

- Нам оформили ДТП с участием автобуса. В ГИБДД говорили: «Про судно мы не будем ничего указывать. Какое судно? Никакого самолета не было», - пересказывает реплики правоохранителей замдиректора фирмы.
При этом признается, сотрудники аэродрома, конечно, предлагали компенсацию. Правда, не слишком щедрую – деньги на покраску кабины. А когда шофер и его шеф возмутились – мол, это несерьезно – то на них просто махнули рукой.
Получается, что авиаторы иметь дело с пострадавшими не хотят, а полицейские об авиадорожном ЧП не знают, и, главное, знать не хотят. Даже в сообщении МЧС есть характерная приписка:
«По предварительным данным, инцидент не имел серьезных последствий, при нем существенных повреждений автомобиля не произошло, пострадавших нет».

Смятая кабина грузовика, видимо, не в счет. Да и здоровье пассажира Volvo тоже во внимание не взяли, хотя после ЧП он жалуется на тошноту и рвоту. В компании, которой принадлежит фура, не исключают, что дело о необычном ДТП авиаторы стараются замять. Тем более, что руководители «Таная» считаются влиятельными людьми. Правда, есть надежда на прокуратуру, которая должна разбираться с подобными ЧП.